Играет чемпион 2

 – И чем этот так хорош, что ты решила все переиграть?

– Да, просто перед плей-офф открыли новых персонажей, раньше ничего подобного не было, – она что – смутилась? И тут же легкая неуверенность сменилась контролируемой агрессией, кстати, интересный прием, чтобы не упускать инициативу в разговоре. – В общем, у нее на шестом уровне открывается навык, называется «Судный день». Если его использовать, снижает все показатели противника на восемьдесят процентов, в том числе броню и все сопротивления.

– А это не слишком? – и кто-то после этого еще будет говорить, что у меня чересчур мощные способности?

– Откат две минуты, – ну, в принципе, тогда жить можно, хотя ухо востро с таким противником надо будет держать. – Но тут есть нюанс: если прокачать посох до героического, можно выбрать специализацию навыка и поставить одно усиление. Так вот, со специализацией на скорость и усилением на откат скиллов получается пять секунд использования, десять секунд пауза. То есть, практически без перерыва.

Я даже на секунду задумался, пытаясь представить себе эту картину: действительно, выглядит как абсолютное оружие.

– Ты прав, – по-своему интерпретировала мою паузу Кристина. – Есть сложность: из атакующих у Чаки только один скилл, так что прокачивать меня и зарабатывать деньги придется тебе.

Что ж, звучит убедительно, а прокачаться до шестого уровня не так сложно, в тот раз у меня это получилось даже довольно быстро. А вот деньги – это уже проблематично: на посох фиолетового уровня уйдет две тысячи сто, еще пять тысяч на улучшение до героического. А ведь там еще какой-то кристалл нужен. Ладно, потом разберемся – когда рядом такой уверенный в себе человек, сомневаться в победе не приходится.

В этот момент рядом с нами начали появляться первые миньоны. В итоге мы потеряли немного времени, так как свиньи начали прыгать и лизаться. Гоблины скромно стояли в сторонке, дожидаясь своей очереди. Нет, лизаться они не бросились, а вот дружно проскандировать «слава Повелителю!» – это да. Хорошо еще, что все кроме Кристины уже ушли на позиции и не видели моего позора.