Девять смертных грехов

– Предупредить отца о вашем возвращении? – хинет продолжал гнуть спину.

– Да, и скажи, что я хочу удивить его своей добычей…

Замковые слуги уже побежали в разные стороны, когда Диего привел себя в порядок в принесенной ему чистой воде, и мы двинулись к обеденному залу. По дороге шеф прислуги Хорхе рассказывал последние новости. Как оказалось, небесный камень, что упал пару дней назад, уже передали герцогу, но добыча оказалась очень скудной. Много бесполезной каменной крошки и мало ценного металла.

Наши шаги гулко отражались от широких гладких камней, которыми были выложены полы замка.

– Благородный ишпани, идальго Диего де Полоп и его оруженосцы, ишпани Перес, Родригес и Луна, – шеф Хорхе объявил наше появление, и мы вслед за Диего вышли на середину зала, останавливаясь перед уже собравшимися гостями.

Мой взгляд скользнул по старшим де Полопам, сидящим во главе стола, и быстро переключился на остальных. Кондесса Ана, ее мы видели, когда уезжали на охоту. Невысокая миловидная блондинка с добрым лицом и большими глазами, наверно, дочь кого-то из соседей. Шеф Санчес, распорядитель Тук – это наши, замковые. С другой стороны, напротив хозяев, расположился пожилой мужчина лет пятидесяти. Вытянутое лицо, короткие волосы, седая борода и черные внимательные глаза. Они задержались на мне буквально на секунду, но этого хватило, чтобы просветить меня насквозь.

Диего тем временем закончил с поклонами да церемониями и под заинтересованные взгляды начал выкладывать на специально принесенный столик нашу добычу. Первой он поставил вытянутую колбу с узким горлышком.

– Последний вздох скверны, что мы собрали с иелчу в деревне Реполло, – объявил Диего первый трофей.

– Настоящая древняя тварь – хорошая работа, сын, – старый кондес бросил довольный взгляд на представителя герцога.

– Но это не главное, – продолжил Диего, не дождавшись реакции от Виктора. – После иелчу мы встретились со стаей волков, и…

По знаку младшего де Полопа, Анваро выложил на стол два пульсирующих комка плоти.

– Это сердца? – выдохнул кондес. Даже Виктор Альба отставил свой бокал и с интересом осмотрел добычу.

– Выглядят необычно, – он прищурился. – Сердце, которое не умерло даже через несколько часов после изъятия.