Рулетка судьбы

Всем видом показывая, что ему это не нужно, Нефедьев подошел к мертвому телу. Уже заранее готовясь отбивать любые мелочи.

– Дом был заперт? – последовал вопрос.

Пристав признал незыблемый факт.

– Терновская жила одна?

И это невозможно было отрицать.

– Почему на столе две чашки и вазочки с вареньем?

Нефедьев хотел было с ходу объяснить этот простейший факт, но у него не вышло. Он только пробурчал что-то невнятное.

– У нее кто-то был накануне смерти, – не спросил, а припечатал Пушкин.

– Если и был, то ушел. Дверь-то она сама закрыла…

– Откуда вам это известно?

– Так ведь дверь Трашантый взломал! – возмутился Нефедьев.

– Откуда известно, что дверь закрыла Терновская? Был ключ с обратной стороны?

Вопрос сильно не понравился приставу. Не до двери было, когда умершую нашли, ясно же должно быть. Что Нефедьев напрямик и высказал.

Пушкин не поленился сходить в прихожую и проверить. Вернувшись, он сообщил, что ключа в замочной скважине нет.

– Так сунула куда-нибудь, – поспешил пристав, чтобы не получить вопрос: «Где ключ?»

– Ключ искали? – спросил Пушкин.

В ответ получил сопение Нефедьева и его помощника. Значит, не искали.

– Сделаем предположение, что ключ забрал тот, кто запер дверь…

Вот тут уж пристав не спустил.

– Не надо такого предполагать, – строго потребовал он. – Доктор наш участковый осмотрел тело и сделал окончательный вывод: естественная смерть.

– Какую причину поставил доктор, не произведя осмотр тела?

Вопрос совсем разозлил пристава.

Потому что был правдой: доктор Преображенский заявился, глянул и сообщил, что дама умерла от ожирения сердца. С таким весом и в таких летах дело обычное. Съела на праздники лишнего – и готово. Нефедьеву пришлось заявить, что доктор знал покойную давно, а его заключение верное, потому что правильное.

– Время смерти поставлено – более суток назад? – спросил Пушкин, чтобы не давить на мозоль.

– Именно так.

В ночь на первое января… Вам откуда известно?

– Свечи догорели до конца. Тот, кто уходил из дома, не погасил их.

– Да с чего вы взяли, что у нее кто-то был? – не сдавался пристав.

– Игорь Львович, в таком случае поясните мне другую странность: чашка Терновской стоит перед ней. Почему другая чашка, разбитая, у ножки ее стула? Если она закрыла дверь сама, неужели оставила битое стекло? Квартира говорит, что Терновская держалась порядка.