Завтра

Трудился он в строительной компании менеджером по продажам. Но с приходом новой власти ситуация на рынке недвижимости осложнилась – никто не покупал и не продавал квартиры и дома. Артур был мягкотел и теплолюбив. В таких жестоких условиях Артуру позволила выжить только надежда добраться в скором времени до повстанцев.

Голодный, холодный и осунувшийся от постоянной пешей нагрузки, Артур остановился, увидев человеческую фигуру лежащую в кустах. Была ещё середина дня. Это мог быть либо лежащий в засаде спецотряд оккупантов – ловцов повстанцев, либо же это был передний дозор повстанцев, оповещавший о какой либо подозрительной активности на безопасном удалении от лагеря.

Артур задышал от волнения чаще и теперь остро почувствовал усталость. Артур остановился и присел. Артур услышал храп.

Артуру опять неведомым образом, чего он не знал, удалось преодолеть опасность – сигнальные растяжки, устанавливаемые перед секретами повстанцев для предотвращения внезапного нападения.

Но теперь перед ним была другая опасность.

Артур осторожно, на сколько мог, подобрался ближе к храпящему человеку. Перед его взглядом лежал на подстилке из еловых веток молодой повстанец в зелёном камуфляже и мирно спал за место того, чтобы наблюдать за обстановкой. Артур аккуратно забрал у него оружие, вытащив его из подмышки, и пошевелили повстанца. Тот вскочил как ужаленный и растерянным взглядом огляделся и увидев перед собой страшной выглядящего Артура встал в боевую стойку, разлепляя сильным морганием свои глаза.

Он хотел закричать, но Артур наставил на него автомат.

Щёки Артура были впалыми, глаза большими и болезненными на фоне вымазанного в грязи лица, а одета на нём была только лёгкая хлопчатобумажная тюремная роба белого цвета, теперь почти чёрного цвета от грязи. Роба была умышленно задумана белой, чтобы при побеге было легче увидеть беглеца в темноте:

– Я русский! Тише!!!

– Ух! Ты что так пугаешь! Убери автомат! – вскрикнул ещё совсем юный повстанец.

 – Это мой автомат что ли? – повстанец занервничал. Его поставили на этот пост всего на два часа и в первый же день он попал в такую передрягу.

– Мне нужна помощь.

– Хорошо. Ты откуда и куда? – повстанец в душе обрадовался что это свой человек, а не враг, иначе ему уже пришёл бы конец.

– Я сбежал из «Синичек», из лагеря заключённых, знаешь? Около старого ледового дворца который.

– Да. Знаю.