Оборванные нити. Том 2

Мы вас побеспокоили своей ссорой? Ради Бога, извините! Вы знаете, у меня темперамент такой бешеный, если меня задеть, я буквально собой не владею, убить могу, честное слово! С моим темпераментом просто сладу нет, вот Толенька всю жизнь мучается со мной, а я ничего поделать не могу. Цыганская кровь, знаете ли, дает о себе знать.

– Ну Жанночка, – с упреком протянул Анатолий Иванович, – не надо выдумывать, не стоит наговаривать на себя. Какой уж там у тебя особенный темперамент? Просто у тебя сложный характер, а темперамент тут совсем ни при чем.

– Нет, именно темперамент! И не смей со мной спорить! Я лучше знаю! Цыганская кровь – не водица! – упрямо твердила Жанна Аркадьевна, сверкая накрашенными глазами.

– Но откуда в тебе цыганская кровь? – пытался урезонить ее муж. – Ты русская до седьмого колена.

– Нет! – почти взвизгнула Жанна. – Мне бабушка рассказывала, что ее прабабку соблазнил цыган из табора, и она родила от него ребенка, деда моей бабушки. Она не стала бы лгать.

– Жанночка, – Анатолий Иванович с улыбкой поцеловал строптивую супругу, – ты даже не спросила, как зовут наших новых соседей, сразу начала про темперамент и цыганскую кровь.

– Извините, – спохватилась Жанна Аркадьевна с виноватой улыбкой.

Уже через пять минут все были знакомы друг с другом и знали, кто чем занимается и где работает, а через пятнадцать сидели в кухне у Ильиных, пили чай с вкуснейшими конфетами и весело болтали. Впрочем, болтали на самом деле только соседи и Ольга, Сергей сидел насупленный и молчал, ему жаль было бездарно растрачиваемого времени.

Соседи оказались довольно занятной приятной парой, оба в прошлом инженеры-металлурги, проработали много лет на комбинате, вырастили детей и собрались было уезжать на Большую землю, но дети уговорили остаться: нужно было помогать с внуками, у дочери двое малышей, у сына – трое. Жанна всю жизнь бешено ревновала Анатолия Ивановича, причем, похоже, всегда без реального повода. Она то и дело вставляла в разговор реплики, призванные напомнить собеседникам о ее «цыганской крови» и «бешеном цыганском темпераменте», Анатолий же Иванович ужасно смущался, поведение супруги казалось ему нелепым и смешным, он пытался ее одернуть, остановить, но остановить Жанну Аркадьевну было так же сложно, как бегущего бизона.

Ольга и Сергей собрались уходить, и Жанна Аркадьевна, накинув на плечи черную в пунцовых розах шаль, вышла вместе с ними на лестницу.