Незапертая дверь

– Ты не человек, – одобрительно сказал тогда ему кто-то, – ты – дьявол.

– Так высоко я не замахиваюсь, – со скромной улыбкой ответил он. – Я, конечно, не дьявол, но я его старший помощник.

С тех пор и пошло – Старпом, старший помощник, значит.

– Гримируется, сука, – процедил сквозь зубы Старпом, выслушав доклад Ирека. – Рост и фигуру не спрячешь, поэтому их все описывают одинаково. А рожу и прическу меняет, как артист. Ну-ка давай еще раз по датам пройдемся.

Ирек снова открыл блокнотик. Первое появление зафиксировано в понедельник, двадцать восьмого мая.

Далее – по дням и часам: куда, к кому, с какой просьбой. Последний визит – тридцать первого мая, в четверг, в десять утра. После десяти тридцати его в Камышове никто больше не видел.

– Жил он где? В частном секторе? С хозяевами поговорили? – нетерпеливо спросил Старпом.

– Он в Камышове не останавливался. Приезжал каждый день на машине, потом уезжал. Мы по ближайшим населенным пунктам пошустрили – ничего, видно, где-то вдалеке осел, – пояснил Ирек.

– Машина? – задал следующий короткий вопрос Старпом.

– Темно-синяя «Нива».

– Номер?

– Никто не записал. Ни к чему было, внимания не обратили.

– Неделовые контакты?

– Сведений нет, – Ирек старался отвечать коротко и точно, он знал, что хозяин не любит длинных фраз и бессмысленных слов, лишенных информационной нагрузки.

– Должны быть. – Взгляд Старпома стал тяжелым и словно придавил Ирека к месту. – Обязательно должны быть. Откуда он мог узнать про девчонку? Только от кого-то из местных.

Кто-то держит его в курсе, кто-то из камышовских с ним общается. И тот, кого мы ищем, непременно должен был вступить с ним в контакт, когда приехал. Ты что-то упустил, парень, не все сведения собрал.

– Я выяснил все, что можно, – упрямо возразил Ирек. – Вы же сами видите, он очень осторожен. Даже внешность меняет. Не такой он дурак, чтобы идти в гости к своему приятелю, через час весь город будет об этом знать. Если такой приятель есть, то он, скорее всего, сам выезжал на встречу, куда-нибудь за пределы Камышова.

Ему было очень страшно, возражать хозяину – большой риск, но Ирек изо всех сил боролся со своим клеймом неудачника, стараясь переломить привычный ход событий, в результате которого его снова не похвалят, а только укоризненно покачают головой, мол, сынок у Шани – как талисман невезения, куда его ни пошлешь – там всегда облом случается. И не оттого, что глупый или неумелый, просто судьбой так отмечен.