Семя Хаоса. Убийца Богов

Тремор и Кримар, как всегда, спали с открытыми глазами. Косария скучала, ведь на восточном направлении не предвиделось крупных стычек, а значит, легиону пока нечем заняться. И только Илаим не спускал с Элипг задумчивого взгляда, который плохо сочетался с лицом тринадцатилетнего сорванца, которое он надел сегодня на Совет. А Альмерин… Альмерин даже ничего не заметил, лишь воспользовался случаем произнести пару возвышенных речей.

Несмотря на то, что ее душа пела, Элипг не позволила себе улыбнуться этой победе. Она никогда не улыбалась на Советах.

Интерлюдия III. Неизбежность

Война Богов

Не сказать чтобы убийство Тремора сделало Амера счастливее. Нет, в тот миг, когда он вонзил острие своего ножа в глаз Владыки Небес, Амер был в восторге. Его переполняли радость и возбуждение. Однако очень быстро все это сменилось… ничем. Самое подходящее слово, описывающее теперь состояние Амера.

Он даже не сразу сообразил, какую силу получил. Однако Амер не зря учился в Академии. Пусть и всего два года. Он был способным учеником, но, кроме того, в его выпуске училось три человека, сумевшие стать священниками церкви Матери Милосердия еще до того, как ее распустили. Двух он едва знал, но с Магном они дружили крепко. Амер даже знал, где тот скрывается от внимания Альмерина и других богов. Спустя месяц Амер добрался до Герны.

Магн теперь подрабатывал в этом западном городе писцом, а в свободное время учил детей богатеньких родителей простым наукам.

Амер не запомнил их первый разговор, так как первым делом Магн спросил об Амбер и дочке. Дальше все было мутным.

Но за время, которое Амер не помнил, он умудрился рассказать другу о том, что случилось с его родной деревней и его семьей. А потом сам как-то незаметно перевел разговор далее, на убийство Тремора. Магн слушал, не перебивая, лишь нервно покусывал губы.

– Теперь я чувствую что-то в себе. Я думаю, это Семя Хаоса, – закончил Амер, уже придя в себя.

– Хм… Амер, не заводись только. Но это невозможно. Если ты не проглотил кристалл Семени Хаоса, то связь не могла…

Амер, не слушая дальше, поднес пальцы к свече и загасил, забрав себе ее тепло. Потом взял немного тепла из столешницы, на которой лежала его рука, смешал с теплом, взятым от свечи, и снова ее зажег.

– Или могла. Н-да.