Печать демонов

– Знаю, – кивнул Снарк и, закрыв глаза, принялся покачиваться в кресле-качалке. – Продолжайте, я слушаю ваш рассказ.

– Кардинал расположился в «капитанской каюте» – это самый роскошный номер, Хьюберт его специально для важных гостей держит.

Милалика, покосилась на Виктора, а тот, не прекращая писать что-то на бумаге, кивнул – видимо во время своей работы трубочистом, видел это местечко и знал о чём идёт речь.

– Мы с охраной и секретарём расположились внизу, проверяя всех, кто приходил в гости к кардиналу.

– А она что делала там? – удивился Снарк.

– Мы девять дней давились мерзкой солониной и сухарями, твёрдыми, как мозоли на ноге моего папани, – отмахнулся Вилтон. – Поесть захотели по нормальному. В вашу таверну не пошли – тамошней едой только собак кормить – причём бешенных, чтобы на патроны для отстрела не тратиться. Так что я сам купил мяса и приготовил стейков тарелку, да ещё и со спаржей и сока тыквенного нажал.

Снарк знал, что Вилтон умел готовить неплохо – во Флориде он ухитрился так приготовить невинно убиенного крокодила, что только сам Снарк и его отец сумели понять, что это не говядина. Остальные слопали «бифштекс по-французски» и даже изжогой не маялись.

– Кто ещё приходил?

– Колоратка заходил – этот священник ваш. Посыльный так-же прибегал.

– Посыльный?

– Да паренёк какой-то – я его сам впустил, а потом кардинал его сам выпустил. Он потом утром ещё раз приходил – я его лично выпускал из дома и дверь закрыл.

– Преподобный Хэнсон был очень не рад тому, что его город, где он чувствует себя царём и богом, посетил кардинал из Ватикана, – поджав губы, сообщил Джулиане. – Честно говоря. Снарк, не в обиду вам будет сказано, я не совсем ожидал встретить такое возмутительное хамство в вашей стране. Священник вёл себя с кардиналом – между прочим более старшим человеком, что ему в отцы годится, так, словно это был его личный, провинившийся слуга… У вас всегда такое отношение к гостям города?

– Хороший вопрос, – кивнул Снарк и покосился на Виктора, который скрипел зубами чуть ли не громче, чем пером – с преподобным Хэнсоном у него тоже были связаны некрасивые воспоминания.

– Чёрт, Снарк! – не выдержал Вилтон.