Не мешайте палачу

 – Вам придется есть то, что принесут.

– Съем, – Настя пожала плечами. – В отличие от вас я всеядна и неприхотлива. Просто удивительно, что за два года в зоне вы сохранили равнодушие к еде. Ну-ка посмотрите, где там мой Ромео? Не пришел еще?

– Нет, – ответил Сауляк сразу же.

«Попался, – подумала Настя. – Ты бы хоть ради приличия зал оглядел. Теперь понятно, что ты искал глазами Короткова с той самой секунды, как мы только вошли в ресторан».

На этот раз Сауляк съел все, что было заказано, но делал он это с таким видом, словно отбывал каторгу.

Или он действительно не испытывал голода, или притворялся, но зачем нужна эта игра, Настя не могла понять.

Ровно в восемь часов на эстраду вышли музыканты. Певица, одетая в какое-то немыслимое платье черного цвета с металлическими заклепками, поднесла к губам микрофон и начала петь на русском языке известную французскую песню. Голосок у певицы был хиленький, и владела она им плоховато, но популярность мелодии сделала свое дело, и на пятачке перед эстрадой сразу же начали переминаться с ноги на ногу танцующие пары.

Настя задумчиво курила, глядя на них, и вполголоса напевала ту же самую песню, только на языке оригинала.

– Вы же говорили, что не знаете ни одного иностранного языка, – не удержался Сауляк.

«Второй раз попался, – сосчитала Настя. – Прогресс налицо».

– Я сказала неправду, – ответила она, безмятежно улыбаясь и глядя в лицо Павлу. Ей хотелось поймать его глаза, но они все время куда-то ускользали.

– Зачем же? Какой смысл в этой лжи?

– Меня это развлекает.

А вы имеете что-нибудь против?

– А все остальное – тоже ложь? И срок за мошенничество, и новая роль?

– А вот этого я вам не скажу. Во всяком случае, пока. Судя по всему, вы еще не научились отличать правду от лжи.

– А вы? Научились?

– Давно, – рассмеялась Настя. – Если вам интересно, я как-нибудь расскажу вам, как это делается. А сейчас я попрошу вас пойти со мной танцевать.

– Я не танцую, – быстро ответил Сауляк.

– А меня это не интересует.

Это вы можете рассказывать девушке, которая вам не нравится, но хочет, чтобы вы с ней потанцевали. А когда я прошу, вы должны вставать и идти со мной. Более того, я попрошу вас быть ласковым со мной до такой степени, чтобы это бросалось в глаза окружающим. Вам понятно?

– Это исключено. И не просите.

– Вы что-то путаете, Павел Дмитриевич, – сказала она ледяным тоном. – Опасность угрожает вам, а не мне. И слушаться должны вы меня, а никак не наоборот.