Ресакрализация. Фантастический роман с элементами трансцендентной эротики

Опасливо, стараясь не смотреть на улыбающуюся колдунью, она схватила Тобина за руку и двинулась к выходу, бормоча что-то прощально-испуганно-извиняющееся.

Когда они шли по общей территории, мама хранила напряженное молчание, не заходя ни в одну из пещер других членов Племени, что она обычно любила делать, и одергивая Тобина в ответ на любые попытки заговорить. Только после того, как они вернулись в свою пещеру и полог был задернут, мама расслабилась, опустилась на колени и внезапно разревелась.

Тобин подошел к ней и обнял за плечи.

– Мама, – сказал он, – что ты? Не плачь.

– Да – ответила она, – все хорошо. Я уже не плачу. Это не я. Это… – внезапно она осеклась, схватила его руками и порывисто прижала к себе, – обещай мне никогда не связываться с Налликой, слышишь? Никогда.

Голос ее почти срывался на крик.

– Мама, но что… – заволновался Тобин.

– Ничего. Просто не связывайся и все.

Тобин так и не узнал, что же произошло там, в пещере Наллики.

В дальнейшем знахарка как будто сторонилась, избегала его. За все годы взросления ему ни разу не удалось повстречаться с ней с глазу на глаз. Хотя сам Тобин всегда испытывал к интерес к колдовству…

Мелькнувшая факелом мысль оторвала Тобина от череды воспоминаний о прошлом: он вспомнил, что сегодня еще предстоит набрать зеленых и фиолетовых водорослей со дна Озера – как сказал Валдо, хранитель припасов Племени, как раз для самой Наллики.

Четырхаясь, он поставил на землю свой улов и поспешил обратно к Озеру.

Темная водная гладь встретила его ощущением холода – почти осязаемым: настолько, что тело покрывалось мурашками при одной мысли о том, что придется лезть туда снова. Но ничего не поделаешь, кроме того, он знал, что уже через минуту плавания станет тепло – и Тобин, зажав во рту специально изготовленную старым ныряльщиком трубочку для дыхания, разбежался и нырнул в глубину.

Люминесцентный гриб, которым он каждый день смазывал трубочку, худо-бедно рассеивал темноту, позволяя видеть на несколько локтей вперед. Водоросли нужного цвета, насколько он знал, росли в самом дальнем углу Озера – у подводной стены Пещеры. Через несколько минут, заполненных гребками и сосредоточенным пыхтением в трубочку, он увидел их.