Скелет в шкафу и другие ужасные истории

В комнате тут же что-то неуловимо изменилось. Как будто стало темнее, а воздух словно сгустился и почти затвердел. Раздался неприятный скрежещущий звук, и на стене начала появляться надпись, разрывая обои и осыпая штукатурку. Все с замиранием сердца следили за тем, как одна за другой появляются буквы, а из глубоких следов, оставленных в стене, начинает сочиться кровь.

– «Вы еще пожалеете, что связались со мной. Очень сильно пожалеете. И очень скоро пожалеете. До встречи!» – запинаясь, прочитала Катя и поглядела на остальных.

Все, молча, смотрели на надпись. А кровавая надпись как будто смотрела на них.

И будущее перед ними вырисовывалось светлое, светлое…

История 11-я

На ком Москва держится?

Молчание, казалось, длилось бесконечно.

– Что ж, похоже, нас ждет весьма увлекательное продолжение наших приключений, – наконец, первым прервал его кот.

– Более чем, – кашлянул Кузьмич. – Думаю, пора своих звать.

– Это каких таких своих? – удивилась Катя.

– Других домовых, – объяснил Кузьмич.

– А что они сделать-то могут? – поинтересовался Тим. – Они же только тем, что есть в доме, могут управлять. А тут целый город. Да еще какой! Москва!

– Ты Кузьмича не забижай! – осадил его кот, поглядев на насупившегося Кузьмича. – И родню его тоже. Вот, если бы тебе, к примеру, сказали, что люди ничего сделать не могут, потому что в пещерах живут? И только тем, что есть в этой самой своей пещере, могут управлять.

– Да что ты за ерунду говоришь?! – возмутился Тим. – В каких еще пещерах?!

– Вооот! – назидательно поднял хвост кот. – А чем домовые людей хуже? Они, знаешь ли, тоже идут в ногу с прогрессом. И не только в домах живут. Просто не говори того, о чем не имеешь малейшего понятия. И тогда не поставишь себя в глупое положение.

– Нынче домовых, где хочешь, можно найти, – веско добавил Кузьмич. – Они повсюду. В метро – Метровый. В автомобиле – Автомобильный. В самолете – Самолетный.

– А в Макдональдсе кто? – перебила его Катя.

– Там не наш. Иностранный, – поморщился Кузьмич. – Но ничего. Потихоньку мы его перевоспитываем. Приучаем к нашей культуре. В общем, осваивается он у нас понемногу. Привыкает. Блины, вот, недавно страсть как полюбил. Теперь на гамбургеры даже смотреть не хочет, дай ему только блинка со сметанкой да с селедочкой отведать.

– Класс! – выдохнул Тим.