Разница во времени

У нее, Наташи, совсем другие проблемы: мало-мало денег, мало-мало времени и ку-у-у-ча дел, которые необходимо успеть переделать, пока не пришла старуха с косой. Однако на выходе из «Колизея» Наташа фильм похвалила – она уже успела прочитать в московской «Афише», что это страшно культовое и умное кино, которое должно понравиться интеллигентным девушкам из офисов. Поскольку Наташа относила себя к этому сословию, то старалась говорить о всех фильмах, расхваленных в «Афише», очень положительно. Дабы люди не думали, что она недостаточно интеллигентна или отрицает модные тенденции.

А вот Максу, похоже, фильм искренне понравился – так что, встретившись в клубешнике с какими-то своими приятелями, он только о Софии Коппола (режиссере «Трудностей перевода») и говорил.

– Этот фильм станет классикой! – с нездоровым огнем в глазах восхищался г-н Чусов, выпивая третий по счету коктейль. – Это так прикольно – посмотреть мировую классику в дни ее премьеры в кинотеатре, а не в одиночестве, взяв с замшелой полки в видеопрокате! Сидеть в одном зале с современниками Копполы и видеть, как они воспринимают этот фильм, еще не до конца осознавая, что они смотрят один из самых великих фильмов всех времен и народов, – это круто.

– Круто-круто, – поддерживали его приятели. При этом они почему-то смотрели на Макса страшными глазами и шипели, кивая на Наташу: – Тс-с! Тс-с!

Но Макс на их пшиканье никак не реагировал и продолжал бурно восхищаться:

– Господи, как верно там все подмечено: двое, в чужой стране, в чужом ритме и чужом времени, полная невозможность соответствовать окружению и быть адекватным ему и – любовь! Фантастика! Как верно передано настроение!

Наташа же, пристально присмотревшись к товарищам г-на Чусова, по косвенным признакам быстро вычислила, что все они – такие же неудачники с тремя долларами в кармане, как и сам Макс.

Тусовка вдруг стала ей совершенно безынтересна, и она запросилась домой. Макс долго отбивался и хотел еще немного позажигать, но г-жа Ростова умела быть настойчивой, и еще до двенадцати ночи парочка оказалась в постели.

Ввиду ли белых ночей, ввиду ли общего нервного возбуждения, спалось Наташеньке плохо. Перед ее внутренним взором мелькали баксы, переговорные комнаты, накладные, счета-фактуры и рекламные модули. Много-много рекламных модулей. Во сне она заходила в кабинет генерального директора, а Семен Семенович похотливо говорил ей: «Наташенька, что это у вас там?!» – и кивал куда-то под стол.