Упавшие зерна. Бегущие ландыши

Время ль уходит судьба ль надо мной,

Но с каждым годом в погоду такую

Призрачней, тоньше при встрече с весной

Счастьем томлюсь и без солнца – тоскую.

1933

ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД*

Сергею Шервинскому

Наш челнок слегка качается,

Чуть поёт под ним вода,

А вдали обозначается

Одиночная звезда.

И закат, и церкви белые,

То разрознены, то в ряд,

Как века окаменелые,

Словно призраки стоят.

И налитые озёрами

Беспредельные луга,

И повсюду перед взорами

В жёлтых отсветах стога.

Запах сена, запах времени,

Праздных мыслей череда,

Дни без роду и без племени,

Отшумевшие года.

Дремлет вечность, а мгновенная

К вёслам ластится волна,

Входит в город сокровенная,

Не простая тишина.

В белый час ночной бессонницы

Из-под тёмных куполов

Нам не шлёт она со звонницы

Перезвон колоколов.

Не поётся ей, не бредится

Средь безмолвия и сна,

А за Волховом Нередица

В тёплых сумерках видна.

1936

ЖИЗНИ НАВСТРЕЧУ*

Мост возле Сызрани.

Его столбы в окне сквозь дым.

Луна бескрайность тёмной Волги

Зажгла сияньем голубым.

Разлив весенний, необъятный,

Огни далёких берегов,

Природы голос, сердцу внятный,

И постижимый, и понятный

Небес полуночный покров.

Глядишь вперёд и ждёшь, и знаешь

Куда ведёт судьба твоя,

Звездой рассветной, дымом таешь

И вдруг, как внове, припадаешь

Губами к чаше бытия.

Апрель 1937 года, скорый поезд Москва-Ташкент.

ЮРИЮ ВЕРХОВСКОМУ

послание с дороги

Верховский, друг мой, милый Юрий,

В Москве мне было недосуг:

Гонимый сердца вешней бурей,

Спешил я к счастью, как Меркурий,

Вступая жизни в новый круг.

В пути спокойней. Вспоминаю

И Вас, и всех. Гляжу в окно

На талый снег, на птичью стаю.

И сам, как озимь, прорастаю,

Пью воздух, крепкий как вино.

Леса встают из вод зеркальных,

На глади их отражены,

И после дней зимы печальных

Среди полей больших и дальних

Я сам как ветер всей страны.

Неугомонный, неуёмный,

Как я хочу, окончив путь,

Не одинокий, не бездомный,

Через простор страны огромный

Вам руку дружбы протянуть.

20 апреля 1937 года, скорый поезд Москва-Ташкент

ПЕРЕД ЛИЦОМ ВОЙНЫ

И вот я в том краю, где всюду смерть прошла,

Куда незваная она явилась в гости,

Где всё разорено и выжжено дотла,

Где остовы домов и человечьи кости.