Двуллер-2: Коля-Николай

Работа у нас не пыльная, но ответственная: ловим, сажаем… Ну давайте знакомиться, молодой человек! Старший следователь Прокопьев Анатолий Кириллович… – мужчина лет пятидесяти протянул Грядкину руку.

Грядкин пожал ее и сел напротив Прокопьева. После окончания техникума Николая призвали в армию и он не стал прятаться – так ему хотелось сбежать от неопределенности в отношениях с Ириной. Уже два года они так и держались за руку. Грядкин понимал, что это уже и не смешно. Он говорил себе, что никакого дискомфорта не чувствует, но потом сам себе возражал – так может, это и плохо, что не чувствует? Он уже боялся: вдруг Ирина скажет «Я твоя, возьми меня» – что же тогда делать? Он понимал, что сам себя загнал в нелепую ситуацию.

Сразу после призыва он написал заявление на курсы младших командиров, проучился полгода, получил погоны с одной звездочкой на каждом и теперь прибыл к новому месту службы – в военную прокуратуру округа. Не то чтобы ему хотелось быть офицером – просто он вдруг узнал, что офицерам, даже младшим лейтенантам, положено отдельное жилье, хоть какая-то, но отдельная комнатенка.

– Ну что, Николай Викторыч, пойдемте представляться начальству… – сказал просмотревший его документы Прокопьев. – Не пугайтесь, прокурор у нас суровый, но справедливый.

Когда они вошли, военный прокурор Юрий Семенович Ваганов, пятидесятилетний, коренастый, с очками на кончике носа, краснея от напряжения и пыхтя, пытался свернуть небольшим гаечным ключом гайку на каком-то странном устройстве.

Ваганов, увидев гостей, указал им на кресла перед своим столом, потом спрятал железку под стол, принял более-менее официальный вид и сказал:

– Ну-с, Анатолий Кириллович, это что ли наш новый кадр?!

При этом он в упор смотрел на Грядкина поверх очков. Грядкин вдруг понял, что прокурор – добрейший человек.

Прокопьев отдал бумаги.

– Ну что… – сказал Ваганов. – Будете у нас мелким клерком – допросить, записать, отнести бумагу, принести кофе. Все так начинали, так, Анатолий Кириллович?!

Оба захохотали – степенно, как хохочут в таких ситуациях люди с полковничьими звездами на погонах.

– Да я и не против… – ответил Грядкин, осторожно раздвигая губы в улыбке.

Тут он подумал, что можно, пожалуй, и осмелеть.