Неигра

– Я звоню в Александровский! – всполошилась и Августа.

2. Прошка-Амур и Вася Пузырь

Забирать мраморного ребенка в тихий дом Августы явилось семь искусствоведов, два милиционера, директор музея Данилова, смотрительница-свидетельница и старушки-соседки, глухая и слепая – понятые. Они составили протокол и хотели уже унести Прошку, когда директор заметила, что хорошо бы чем-нибудь обернуть статую от любопытных глаз. Анка протянула зеленую тряпку – последнее, что осталось у нее от Прошки.

– Он хотел носить это вечно, – объяснила она и… заплакала.

Директор Данилова осмотрела рубашку и отдала назад.

– Можете оставить себе. Вам, должно быть, это дорого.

– Спасибо, – от души поблагодарила Анка.

И они ушли, унося с собой Прошку. Все, кроме одного искусствоведа, который, казалось, был очень огорчен всем увиденным.

– Что же Вы плачете так горько? – распереживался он. – О чем Вы? Я понимаю, что расстаться с таким произведением искусства, как «Амур» Фальконе нелегко, но ведь Вы сможете приходить в музей и любоваться им на прекрасном постаменте!

– Да на фига мне «Амур»! – возразила Анка сердито.

Она вытерла глаза и взглянула на искусствоведа. Черные лакированные ботинки, а до самых ботинок – широкое клетчатое пальто. Пальто с пелериной и тронутые благородной сединой чуть вьющиеся волосы до плеч. Открытое, веселое, умное лицо с удивленно приподнятыми бровями, черная шляпа, черные перчатки и – осанка. Анка вроде как онемела, а гость продолжал говорить:

– Я не сотрудник музея, даже и не искусствовед.

Я случайно оказался в тринадцатом зале, как раз когда было обнаружено исчезновение и, конечно, не мог не быть взволнован. Я – коллекционер, собиратель. У меня, смею Вас уверить, интересная коллекция. Отчасти я и эксперт. Мое имя Василий Пузырь. Хотелось бы услышать и ваше, ведь Вы сегодня героиня дня?

– Анна Виноградова.

– Звучное имя. А как можно обращаться к Вашей бабушке?

– Со мной вам незачем знакомиться, Василий Пузырь, – отрезала Августа.

Она была расстроена исчезновением Прошки и недовольна навязчивостью гостя. И поспешила выйти из комнаты.

– Ах, как жаль! – прокомментировал Пузырь.

И незамедлительно познакомился с Полинкой.

– Должно быть это вы, Полина, первая обнаружили подкинутую статую. У вас такие юные ясные глазки!

– Нет, – смутилась девочка.

– Вы так правдивы, что заслуживаете подарок. – Пузырь вложил Полинке в ладонь яркий брикет клубничной жевательной резинки.