Великий Войд

– Да сокращение это, аббревиатура, – подала голос еще одна попутчица, дама в модном жакете. – Неизвестный враг, эн вэ. А сейчас уже просто энвами их называют.

– Вот напасть-то новая, – недовольно проворчала владелица ведра.

– И не го-во-ри-те, – негромко протянула Оксана.

Девушка притомилась за долгий день, наполненный разговорами и поездками. Её голова лежала на моем плече, и я, негодяй такой, был поэтому даже рад её усталости. Нашего подопечного, однако, расспросы ученых мужей о расе эфирных рыб, медицинские анализы и беседы с детскими психологами ничуть не утомили.

Чинги с любопытством поглядывал то на зеленые леса за окнами, то на пассажиров, то на экран с новостями.

Новости в последнее время смотрели все. Постоянно. Даже Сокуров во время доклада перед Комиссией по контактам нет-нет да и бросал взгляд на экран своего смартфона. Война всегда привлекала повышенное внимание. А война с энвами, что бы там ни говорили старички в шляпах, шла. И затрагивала каждого.

– Они нас потеряли, – заявил Чинги, дослушав репортаж об аварии на термоядерной станции под Самарой.

 – Я запутал следы. Теперь ирокезы бьют куда попало.

По правде сказать, эта игра в индейцев мне уже порядком надоела.

– Нет никаких ирокезов, – раздраженно сказал я. – Это не книга Купера, а реальная жизнь.

– Ха-ха! – неожиданно рассмеялся малец. – Вот именно, Стас! – он вскочил со своего места, взял меня за плечи и пристально посмотрел мне в лицо. – Реальная! – черные глаза воспитанника эфирных рыб сверкали весельем.

 – Здесь, на Земле, ирокезы стали слишком реальными! Могикане наконец-то смогут отомстить!

В игре Чинги могиканами были рыбы, которые его вырастили. Я вздохнул. В конце концов, что взять с семилетнего малыша, пусть играет.

– Скоро мы приедем? – сонно поинтересовалась Оксана.

– Минут через десять наша станция, – ответил я.

И в следующий момент, словно в насмешку над нашими планами, стрим-вагон издал протяжный звук, начавшийся с высокой ноты и опустившийся до утробного урчания.

Пролетев по инерции несколько сот метров, транспорт замер, грузно улегся на магнитный рельс и раскрыл многочисленные двери.

– Приехали, хе! – констатировал старик в шляпе. – Конечная.

– Как конечная? – не поняла женщина с кабачками. – До центрального рынка не идет что ли?

– Сегодня, видимо, нет, – глубокомысленно заключил я.

– Уважаемые пассажиры, – донеслось с мониторов, – в связи с неполадками на энергостанции Ярославля мы вынуждены прервать эту поездку.