Окрашенное портвейном (сборник)

Особой изюминки в наших празднествах не было, все, как у всех: выпивка с незамысловатой закуской, песни с анекдотами, танцы с постелью. Просто нам казалось, что мы самые веселые и жизнерадостные. Иногда порядок действа менялся, в частности у меня: я от первого номера программы сразу переходил к последнему, минуя танцы. Это не было связано с какой-то повышенной моей сексуальностью. Просто я очень быстро напивался, и меня укладывали спать. Но были, были моменты просветления, когда рядом ощущалось чье-то плечо.

Из-за того, что праздник предстоял долгий, в целях экономии сил я пару раз прикладывался подремать, но даже такой рациональный подход меня не спас: окончательно сломался и заснул на рубеже старого и нового годов.

Проснулся потому, что успел выспаться и замерз. Тонкие стены не очень-то держали тепло. Открыв глаза, понял, что в постели не один. Рядом на спине со сложенными на груди руками лежал Андрей, он не спал, уставившись глазами в потолок.

– Ты давно здесь? – спросил я его.

– Точно не знаю.

– Ты с прошлого года здесь или с нового?

– С нового.

– А я?

– Про тебя трудно сказать. Головой ты был в старом, а ногами уже в новом.

– Это как?

– Соображать ты перестал задолго до Нового года, а ножками еще несколько минут двигал в новом. – Андрей ехидно хихикнул.

– Я чего-нибудь наколбасил? – уже заранее знал ответ на свой вопрос, но хотелось подробностей.

– А когда ты не колбасил. Пришел с Наташей. А сам приставал к Машке.

– Е – мое. И Наташа чего?

– Чего – чего. Глаза вытаращила. И не знает, то ли плакать, то ли смеяться.

– А Машка чего?

– Как обычно. Ни в чем тебе не отказывала.

– И чего ей от меня надо?

– Тихой семейной гавани, – Андрей снова хихикнул

Обрывки новогоднего вечера, смазанные и неотчетливые, всплыли в памяти. Машины губы были в салате и ощущение, что не целовался, а закусывал. Наверняка, первая ко мне полезла. Неуютно поежился от неприятных воспоминаний и холода.

– Пойду печку растоплю, а то задубеем совсем.

– Я с тобой. Заодно и перекусим.

Мы вылезли из кровати. Я огляделся. Судя по скошенным потолкам комнаты, находились на втором этаже.

– Я сам сюда добрел или как?

– Или как.

Андрей – самый близкий человек мне в институте. Во время таких мероприятий он всегда опекал меня. Наверняка он оттащил меня в постель. Наша дружба – гармоничное слияние несовместимостей.