Пляска костей

Сильного облегчения сон не принес: я провалился в тяжелый кошмар, в котором ченуанцы после короткого и несправедливого суда выволокли меня на площадь перед императорским дворцом и попытались разорвать на части своими маленьким ручонками. В последний момент, правда, появился шеф в виде феи. Он вызволил меня из обезумевшей толпы, вернул на Землю и предоставил недельный отгул. Но потом я проснулся. И настроение сразу упало.

– Ченуа прибыли, – прошло сообщение по лайнеру. – Подготовьте землянина к передаче.

«Перед смертью не надышишься», – всплыла в памяти любимая фраза моей учительницы по химии. Я не стал тянуть время и позволил проводить себя к шлюзу. Во мне ещё теплилась надежда, что мелкие трехглазые инопланетяне задействуют свой мыслескан и во всем разберутся. Они ведь не варвары, в конце концов. Вон, даже в большой космос вышли.

В широких окнах обозрения виднелся ченуанский звездолет – отсюда он казался покрытым оспинами и трещинами мраморным шаром, по размерам – больше нашего лайнера раз в сто.

Корабли уже соединяла прозрачная труба перехода, в которой на полпути меня поджидал трехглазый карлик.

Приняв геройский вид, я с гордо поднятой головой прошагал по переходу до круглой двери шлюза ченуанского судна. Хотелось ещё напоследок произнести какую-нибудь яркую фразу, которую потом будут цитировать в учебниках истории, но на ум не пришло ничего достойного, поэтому я ограничился мужественным молчанием.

Как только входной люк звездолета закрылся, топавший сзади карлик обогнал меня и довольно смешным жестом поманил за собой.

Поскольку никто не стал надевать на меня наручники или сходу дырявить лазерами, я решил, что есть неплохие шансы на справедливый суд и двинулся следом. Не такие уж они и агрессивные, эти пернатые малыши. Инопланетянин шагал впереди, нисколько не беспокоясь, что за спиной безо всякой охраны идет подозреваемый. Даже не верилось, что они выдвинули ультиматум Земле.

Судя по периодическим аберрациям зрения, ченуанский корабль несколько раз прыгнул через гиперпространство, пока мы пробирались по червоточине коридора.

Не скрою, некоторая ватность в мои ноги все же прокралась. Попытавшись отделаться от навязчивых мыслей о верёвках и электрических стульях (один я видел на экскурсии в Техасе), я вызвал в памяти свою дачу под Жигулёвском. Там посередине двора росла раскидистая старая яблоня, под которой стоял стол для пикников.