Иди сквозь огонь

И вдруг снова счастливо засмеялся тонким детским смехом, не открывая глаз.

– Что ты видишь, малой? Где ты потерялся? – вопросы пропадали втуне, не доходя до сознания Валеры. Кирилла захлестнуло отчаяние, прокатилось тяжёлой волной.

– Сев, а Сев… – голос не слушался. – Как его вытащить? Вообще, он сумеет, а?

Всеволод мял в руках ручку, которой только что записывал что-то в блокноте. Уверенности от врача не исходило ни на гран.

– Мы не знаем, что с ним творится. Тело-то мы лечим, а сознание… Мы ведь не волшебники, чтобы в голову заглянуть и всё сразу понять, понимаете? Медицина – не колдовство какое… – вымученно улыбнулся Сева.

 – Но, признак хороший, что он видит сон, и при этом – что-то хорошее, понимаете? Если хорошее, значит, подсознание не видит внешней угрозы.

Грай обратил внимание на застывшее лицо Кайзера и отвлечённый, застывший взгляд – брат явно над чем-то раздумывал, уйдя глубоко в себя.

– В голову, говоришь, заглянуть? А это идея. – Кайзер хлопнул ладонью по колену и встал. – Будет тебе и колдун, будет тебе и волшебство.

И будет нам всем счастье. Мы вернёмся, пустишь еще разок? – обратился он к не понимающему ничего доктору. – Не одни вернемся, а с человеком, скажем так – не простым.

– Ну, пущу… – растерянно ответил Всеволод. Похоже, он совершенно потерял нить происходящего.

– Спасибо. Сев. Нет, правда, спасибо. – Кирилл крепко сжал ладонь врача и устремился к выходу.

Медик стоял и смотрел вслед уходящей паре выходцев из прочно забытого им мира.

А Валера снова счастливо засмеялся тонким детским смехом.

Глава 10

Он падал. Падал и падал, падал и падал, летя куда-то вниз. Или – вверх? Здесь не имелось направлений, как и не ощущалось течение времени. Не было вообще ничего. Пустота.

Когда-то – недавно? давно? – его грыз огненный демон, пожирая черноту внутри. Потом демон пропал, сменившись странными видениями сна во сне. Непонятные картинки – обрывки чужой жизни крутились перед ним, словно дразня и напоминая – о чём? Он не помнил – что и кто он есть.

Да и есть ли?

Может, он чья-то мысль, родившаяся нечаянно, и отброшенная во мрак бездумья за ненадобностью. Странная мысль – он мысль?

Ниоткуда внезапно возник язык пламени и щекотнул его… что – руку, ногу? У него есть тело? Почему появился этот проказник, он что – поощряет меня? Меня кого?

Снова закружились картинки чужого сна. Чужие мысли, чужие мечты – они раздирали его Я, заставляя жить чужой жизнью. Да, право – а была ли у него своя жизнь.