Мы будем вечными как горы

– И на сколько вы оцениваете их интеллект?

– Хе! Лет на пять, – Себастьян одним глотком допил свое пиво и стукнул кружкой по стеклянному столу. – Думаю, мы с вами сработаемся, герр Смолин. С завтрашнего дня будете моим заместителем…

– Почему Лурц не применил на себе свой метод? Ведь тогда бы он перестал стареть.

– Тот факт, что подобная операция – ключ к бессмертию, стал известен только в две тысячи семьдесят четвертом году. Пациенты Себастьяна были простыми людьми из бедной страны, охваченной войной.

Они не часто проходили медобследование. А сам Лурц к этому времени уже сильно состарился, он не перенес бы операцию.

– Когда вы убедились, что метод дает необходимый результат, что вы в тот момент подумали? Возникло ли у вас желание провести операцию своим близким людям, друзьям, родственникам? Себе?

– Я подумал, что не зря потратил несколько лет и что теперь я, вероятно, стану весьма богатым человеком. О том, чтобы применить метод на себе или посоветовать его родственникам, я, конечно, размышлял, но что-то меня останавливало.

Возможно, просто не хватало духу решиться. Ведь с бессмертием мы вступали в неизведанную область, где до нас не было никого. Никто не снабдил нас картой дорог и опасных обрывов.

– Окружающие вас люди тоже сомневались?

– Некоторые. Но большинство тогда все равно не могли себе позволить операцию: «Майер Холдинг» выставил запредельный ценник в двадцать миллиардов долларов. Конечно, богатые клиенты готовы были платить. Моментально образовалась очередь, нам пришлось открывать дополнительные отделения по всему миру.

– Ваши друзья, Станислав и Геннадий, были состоятельными людьми?

– Я познакомился с ними гораздо позже, когда метод Лурца стал намного более доступным, а проблемы, вызванные перенаселением, затронули самые богатые страны.

…Метрдотель показал нам номер, получил свои чаевые и откланялся. Ирина подошла к окну и приоткрыла тяжелую штору.

– Ну и как тебе Париж? – поинтересовалась она.

За окном лил дождь.

В серой дымке исчезли уличные кафешки, над тротуарами торопливо плыли разноцветные зонтики, в соседних стеклянных крышах отражалось угрюмое небо.

– Через неделю обещают ясную погоду, – я подошел к Ирине и обнял её сзади. – Подождем немного. Я даже знаю, чем пока можно заняться, – добавил я, скользнув рукой по её стройной фигуре.

– Я приму ванну, – отстранилась девушка. – Устала с дороги.

Похоже, настроение у неё упало сильнее, чем казалось на первый взгляд.