Мы будем вечными как горы

Я подвинул МРТ-сканер к мирно похрапывающему на боку добровольцу, приставил к помеченной точке сверло и начал проделывать отверстие. На мониторах было видно, как темная сталь продирается через крестцовую кость.

– Хорошо, герр Смолин, – Лурц подслеповато щурился, разглядывая изображение на экранах. – У вас твердая рука.

– А у медицинского робота, который сейчас бесполезно висит над столом, ещё тверже, – пробурчал я себе под нос. – Если бы кое у кого не было предрассудков…

– Теперь замедляйтесь, – Себастьян всматривался в монитор, подавшись к нему всем телом.

Мои коллеги пожирали глазами экраны, силясь разглядеть там что-то необычное. На экранах светился нижний отдел позвоночника с торчащим из него сверлом.

– Давайте микроиглу, герр Смолин, – сказал Лурц.

Я отсоединил дрель и взял пинцетом тонкую, словно волос, иглу. В сверле по центру проходило отверстие, в него я микроиглу и вставил.

– Теперь вытягивайте жидкость.

Кто-то пробежался по настройкам сканера, и небольшая полость в кости стала видна гораздо лучше. Я протолкнул иглу к границе сферической пазухи и втянул её содержимое в шприц. Набралось всего несколько капель прозрачной жидкости.

– Теперь быстрее, герр Смолин, – заторопил меня Лурц. – Не теряйте времени, иначе он погибнет.

Я вытащил сверло и залепил отверстие пластырем. Многочисленные руки коллег перевернули добровольца на спину, запрокинули ему голову и раскрыли рот.

– Давайте, герр Смолин, – нетерпеливо прильнул к монитору Себастьян.

МРТ-сканер уже пододвинули к голове пациента и выставили под нужным углом.

Я примерился и воткнул в мягкое нёбо «змейку» – гибкую иглу, похожую на тончайшую проволоку. Её острый конец можно было направлять в разные стороны. Через полчаса осторожного проталкивания, под несмолкаемый бубнёж «быстрее, герр Смолин, быстрее», я обогнул кости черепа, прошел вдоль гипоталамуса и достиг гипофиза.

– Шприц, – мой голос прозвучал хрипло и неразборчиво, но в руке мгновенно появился шприц с драгоценными каплями.

Одно движение – и жидкость устремилась в гипофиз. На экране было видно, как железа слегка набухла. Спустя секунду кардиомонитор начал тревожно попискивать.

– Это нормально, нормально, – поспешил заявить Лурц. – Тахикардия была у всех, кому я делал эту операцию. Продержится пару дней – и пройдет.