Срединная территория

– И что же вы можете сказать мне, своему клиенту, Константин?

Он налил себе полстопки, не предлагая нам, выпил одним махом и сказал:

– Вами будут весьма активно интересоваться «оттуда».

Он энергично ткнул указательным пальцем вниз. Очевидно, привычный жест.

– У вас будет много неприятностей.

И только после этого аккуратно, как вышколенный породистый пес, откусил дольку груши.

– За такие вести принято благодарить? – вежливо поинтересовался я.

– Судьба у вас, скорее всего, сложится благоприятно, – перехватила инициативу бабушка Карина.

– И что конкретно должно случиться со мной? Что конкретно?

Константин покачал головой:

– Этого я не знаю. Тут уже началось бы гадание. Набор несчастий людских хорошо известен. В принципе все может грозить вам. Кроме старости в ближайшие 30–40 лет, – прибавил он с приятной улыбкой. – Но я не гадаю.

– О каких несчастьях вы говорите?

– Вы не знаете, что такое несчастья?

– Боюсь, что нет.

– Значит, до сего дня вы были счастливы.

– Не могу с вами согласиться, – пробурчал я, ловя боковым зрением фигуру Елены.

– Болезни, утрата близких, потеря вдохновения, атомная война, непонимание друзей…

– У меня нет близких, – сказал я задумчиво.

– Значит, к несчастью, появятся, – констатировал Константин.

– К счастью, вы имеете шанс соединиться с близкими, – поспешила дополнить его Карина.

– Что же мне надо делать? – воскликнул я, растопырив пальцы на левой руке.

Оракулы как по команде пожали плечами.

– Надо поступать правильно, – сказала Карина. – Сколько вам лет?

– Тридцать три года. Уже или всего, сам не знаю. Вам виднее.

– В эти годы человек уже начинает понемногу соображать, хотя бы на библейском уровне, – сказал Константин, вставая из-за стола. Карина пошла его провожать.

Елена смотрела на меня по-другому. Серьезно и печально.

– Это не бред? – спросил я у нее. Она покачала головой.

– Нет, не бред.

Теперь настал мой черед по-другому посмотреть на нее.

Боюсь, что я смотрел на нее как близкого человека.

Глава 4. Ёжик, ёжик – без головы и без ножек?!

Час тянулся невероятно долго – почти столько же, сколько вся оставшаяся ночь после прихода Елены. Но мы легко забываем о тяготах ожидания, если за ними следует счастье.

Она вошла, положила мне руки на плечи и, ни слова не говоря, поцеловала.