Дань

Прогулка по кораблю произвела огромное впечатление не столько на Юлю, сколько на Главного. Каждый уголок, каждый винтик был ему знаком. Всё напоминало о боевой юности. Ко всему он относился, как к живому и дорогому существу. Пройдя на бак, Главный остановился у брашпиля.

– Ну, что, старичок, всё ещё служишь? А помнишь, как мы с тобой рыбаков спасали? – Было не понятно с кем разговаривает Главный: то ли с механизмом, то ли с Андреем и Юлей. – Их судёнышко осталось без винта, любая волна могла опрокинуть его и похоронить в пучине весь экипаж.

Надо было спасти рыбаков. Шторм в шесть баллов не шутка. Мы на свой страх и риск стали швартовать рыбаков к своему правому борту. Всех сняли и ты, – он похлопал рукой по брашпилю, – выстоял. Хотя все внутренности скрипели и гудели. А трос не выдержал. Когда последний человек был спасён, волна ударила в борт и оборвала трос. Он, как молния, просвистел у меня над головой. Я и сейчас этот свист во сне иногда слышу.

У каждого механизма Главный останавливался и рассказывал историю из своей службы.

В машинном отделении он подошёл к главному двигателю, положил руку на турбину, посмотрел на свой шрам и спросил:

– Помнишь, как ты расписалась на мне? Я тоже не забыл.

Матрос подбежал к Главному, приложил руку к бескозырке и отрапортовал:

– Товарищ капитан первого ранга, командир просил передать, что всё готово для встречи.

– Добро, можешь идти. А вас, молодые люди, – он обратился к Андрею и Юле, – прошу следовать за мной.

Войдя в каюту командира, Главный, как хозяин, подвёл молодых людей к двери, которая была закрыта шторой, отдёрнул её и жестом пригласил зайти. Это было помещение командира для приёма особо важных гостей. На одной стене висел портрет главнокомандующего, а напротив портрет Главного в мундире капитана первого ранга со звездой героя на груди.

После официального приёма Андрей проводил Юлю в каюту.

– Отдыхай, – сказал он ей ласково. – Ты, наверное, устала с дороги.

Юля прилегла на диван и тут же погрузилась в глубокий сон.

Проснувшись от какой-то тряски, она посмотрела в иллюминатор и обнаружила, что корабль уже в море.

Баренцево море швыряло корабль из стороны в сторону, как щепку. Он, подброшенный волной, взлетал вверх, на некоторое мгновение зависал на гребне, и со всего размаху срывался вниз. Волна встречала падающий корабль и с огромной силой ударяла о днище. Казалось, что он не выдержит ударов и расколется пополам.