Поздний гость: Стихотворения и поэмы

Меня томит мой неизбежный день,

Ни счастья в нем, ни даже возмущенья – —

Есть голода высокая ступень,

Похожая на муки пресыщенья.

* * *

И дождь, и мгла. Не все ль равно?

Артист в душе, творец без цели, —

Он нежной музыки зерно

Качает в жесткой колыбели.

Пусть спотыкается смычок,

Из грубых пальцев выпадая, —

Но царственно провалы щек

Захлестывает прядь седая.

Невыразимая мечта

Им безраздельно овладела, —

И строже тонкие уста,

И выше сгорбленное тело – —

Дождями вымытый сюртук

Вбирает жадно ритм и звуки, —

О, пламень глаз, о, сердца стук,

О, в ветер брошенные руки!

Зачем же хмурая толпа,

Зажатая под воротами,

Так равнодушна, так скупа,

Так небрежет его мечтами?

И вот – высокое чело

Склонилось долу и остыло, —

Как будто то, что быть могло,

Ничтожнее того, что было.

1928

* * *

Порой, как бы встревоженный слегка,

В пустом кафе не замечаю скуки,

И кажутся чарующими звуки

Небрежного и грубого смычка.

И вот – гляжу по-новому туда,

Где, к телу скрипки припадая бровью,

Худой румын торгует без стыда

Поддельной страстью, злобой и любовью.

Так длится ночь. Дымятся зеркала,

В окно плывет несвежая прохлада,

На скатерти сигарная зола

Крошится в бурых пятнах шоколада.

Я слушаю. И мысль во мне одна, —

Душа, как поле осенью, изрыта,

Захлестана, дотла разорена,

И оттого – всем радостям открыта.

1928

Тени под мостом

Где ночи нет, а день не нужен,

Под аркой гулкого моста

Азартом заменяя ужин,

Они играют в три листа.

На свалке городского хлама,

В лоскутьях краденых мешков, —

Не все ль равно? валет и дама

Решают судьбы игроков.

Вот загораясь жаждой гнева,

Убийца с золотым зрачком

К веселому соседу слева

Уж надвигается бочком.

Но, с ловкостью привычной вора

Тасуя карты, шутки для,

Сосед опасному партнеру

Сдает учтиво короля – —

Так, забавляясь и играя,

Подобные летучей мгле,

Легко любя и умирая,

Они проходят по земле.

О, не гляди на них тревожно, —

Освобожденным и нагим

Доступно все и все возможно,

Что снится изредка другим.