Хроники утопленника

Наташа сидела в кресле, поджав ноги, и смотрела в пол. Она показалась Сергею такой маленькой и беззащитной, что в эту минуту он почти ненавидел Глеба.

Наташа, не поднимая глаз, спросила:

– Что он сказал? Нет… Не надо!.. Я знаю!.. Я его очень хорошо знаю!

Воцарилась неловкая пауза, показавшаяся обоим вечностью. Молчание нарушила Наташа:

– Спасибо, Сережа! Я сделала тебе больно. Но поверь, я не хотела…

– Ничего страшного.

– Мама легла, Мишенька тоже уснул… Да и тебе, наверное, пора?

– Вообще-то я…

– Пора, пора!

И уже у дверей она внимательно посмотрела ему в глаза и, вкладывая в свои слова какой-то новый смысл, сказала:

– С Новым годом, Сереженька!

* * *

Наплывом из темноты проступило тело утопленника и исчезло.

* * *

31 января того же года.

Глеб стоял у служебного входа Оперного театра. Было холодно и посиневший кончик его носа красноречиво свидетельствовал – ждет он давно. Люди входили и выходили, но той, которую он ждал без малого полтора часа, все не было.

Глеб взглянул на часы, обиженно втянул ледяной воздух и уже собрался было уходить, как вдруг его окликнули. Не оборачиваясь, он блаженно улыбнулся, достал из-за пазухи маленький букетик и лишь затем повернулся на 180 градусов. Светлана бросилась к нему на шею.

* * *

Она сидела на диване. Голова Глеба покоилась у нее на коленях.

– Знаешь, – слегка волнуясь, говорила Светлана, – вот я все жила и жила: училась, танцевала, ходила в кино, встречалась с мальчиками и ждала…

– Чего?

– Глупый.

Не чего, а кого!

– Кого?

Девушка ласково взъерошила Глебу волосы:

– Одного немолодого, усталого, но очень симпатичного мужчину.

– И где же он?

– А я его зашифровала, чтобы никто и никогда не смог выкрасть у меня это сокровище!

– Сокровище?! Ты ж его совсем не знаешь!

– Я чувствую!

– Милая моя балеринка! – Глеб ласково потерся щекой о руку Светланы. – Поверь – твое сокровище никакой ценности не представляет. Ценность человека, как и ценность клада, определяется его достоинством.

А он, твое сокровище, человек недостойный. За свою никудышную жизнь он натворил столько глупостей, что этого хватило бы на три «кудышние жизни».

– Зачем ты так говоришь? – нахмурилась девушка.

– Затем, что я знаю этого человека как себя самого… Ха-ха! Смешно получилось.

– Молчи! – она закрыла ему рот горячей ладонью. – Ты меня от него не отговоришь! Со-кро-ви-ще!

И она целовала его долго и нежно.

* * *

5 февраля того же года.