Любовь за кадром

Когда Татьяна ушла, Кравцов оглядел павильон: актёры массовки уже заняли свои места, оператор встал у камеры, а режиссёр, ожидая актрису, закурил сигарету. Он всегда курил в павильоне, несмотря на запрет.

Увидев, что в павильон вошёл пожарник Степан, Кравцов сразу же пошёл к режиссёру, желая предупредить его, но не успел он пройти и полпути, как на площадке раздался зычный голос Степана:

– Вы мне это дело прекратите! – пожарник издали грозил режиссёру. – Решили спалить весь павильон?

– Ну что ты, Стёпа, – добродушно ответил Светланов.

– Нет уж, теперь в коридор поздно! Я вас сейчас оштрафую на тысячу, чтобы вы запомнили, что курить в павильоне нельзя.

– Ну зачем же так сразу, Степан, – как бы извиняясь сказал Светланов. – Мне жену и детей кормить надо, а ты меня штрафовать собрался. Ну нельзя же так!

– А курить в павильоне можно? – сурово спросил пожарник. – Так вот, немедленно тушите сигарету, а я пока схожу в бухгалтерию и оформлю штраф.

Стеран быстро вышел из павильона, а Светланов, нервно погасив сигарету, оглянулся на своих помощников.

– Только этого мне ещё не хватало, – мрачно сказал он и обратился к группе. – Давайте работать. Нам ещё сегодня весь эпизод отснять надо.

Оператор Виноградов спросил у своего помощника:

– Виктор, как там у тебя со светом? Скоро ли мы можем снимать?

– У меня почти всё готово, Александр Михайлович, – сразу же откликнулся Кравцов и повернулся к бригадиру осветителей.

И сразу же вспыхнули осветительные приборы, залив ярким светом весь павильон. Второй оператор по ходу корректировал работу приборов:

– Десятку М-13 сделайте уже по лучу, – громко сказал он, стараясь перекрыть шум в павильоне. – Так, уже стало лучше, а прибор «Свет 1000» поставьте прямо за камерой.

Внимательно контролируя работу осветителей, Кравцов давал указания чётко и быстро. Через несколько минут всё было готово.

– Александр Михайлович, – обратился он к оператору, – у нас всё готово.

– Владимир Сергеевич, – негромко сказал Виноградов, рассматривая нахмуренное лицо режиссёра, – свет горит, можно начинать.

Светланов, стоявший рядом с камерой, растерянно оглянулся.

– Таня, – громко крикнул он, обращаясь к помрежу, – где же актриса, наконец?

В павильоне стояла напряжённая тишина.

– Где Васильева? – раздражённо спросил Светланов.