ДюймВовочка

К тому же она пока не знала, что делать и с чего начинать.

– А не надорвешься? – засомневался Антон.

– Ничего, я сильная! – уже с улицы отозвалась Татьяна.

– Выпендривается, себя хочет показать… – не удержалась от саркастического замечания в ее адрес роковая красотка Люсьена, или просто Люська.

– Это ты вот выпендриваешься, – осадила ее Галина Семеновна, – Человек свою рабочую силу показывает. По показухе в нашем маленьком коллективе другие специалисты имеются.

– Это что – камешек в мой огород? – догадалась Люсьена.

– На воре и шапка горит. Обрати внимание – ты сама это сказала. – Продолжала отчитывать красотку бригадирша.

– Это что же получается? Что я совсем ничего не делаю?! – завелась Люсьена.

– Девочки, девочки, не ссорьтесь! Мы здесь все и красавицы, и умницы… На всех титулов хватит. – Попыталась примирить спорщиц хохотушка, душа компании Марина. – Даже новенькая. Только посмотрите, как старается: то ли она ведра несет, то ли ведра ее тащат…

Ее реплику встретили дружным взрывом хохота.

– Давай, помогу! – Антон, чувствуя себя виноватым, кинулся к Татьяне, действительно еле волочащей за собой две бадьи с раствором.

– И сразу два ведра! Вот неугомонная! Зачем надрываться-то? – продолжала высказывать свое «фи» Люсьена.

– А чево два раза туда-сюда ходить? – объяснила свое рвение Татьяна, ожидая одобрения окружающих.

– Конечно, удобно, – улыбаясь, похлопала ее по плечу Галина Семеновна, – но больше не надо нам таких подвигов. А если надорвешься? Что тогда? Новую работницу искать?

– Вот именно, – поддержала ее Мариша, – зарплату не прибавят, а здоровье потеряешь.

Татьяна хитро улыбнулась: вовсе не желание показать себя подвигло ее на первый трудовой подвиг. Но и на этот раз все обошлось: ненавистный плод цепко держался за жизнь, игнорируя все попытки матери избавиться от него. Но ощутить себя желанной, равной, полноценной было очень приятно, и это чувство компенсировало все неприятные мысли.

Так продолжалось несколько месяцев. Татьяну не пугала никакая, даже самая тяжелая работа. К тому же она показала себя довольно способной ученицей и довольно быстро освоила азы специальности маляра и штукатура и стала заменять по необходимости своих подруг, чем еще больше завоевала их расположение. Даже своенравная Люсьена сменила гнев на милость. Она же первая из бригады догадалась, что не все так просто, как хотела представить новенькая.