Иллюзия вечности

На полу повсюду кровь – яркая и бурая, свежая и подсохшая, размазанная подошвами туфель и нетронутые аккуратные лужицы. На стене огромный плакат о профилактике гриппа: «ЗАЙМИСЬ СВОИМ ЗДОРОВЬЕМ СЕЙЧАС».

Стоял гул стонов. Меж больных сновали медсёстры и неизвестные добровольные помощники.

Врач быстро осмотрела Исакова, покачала головой, буркнула что-то подошедшей медсестре и выскочила из дверей.

– Кто-нибудь из вас водит машину? – сестра окинула всю компанию взглядом и уставилась на доцента.

– Вообще-то у меня есть машина, – с трудом далось Семирядинову.

 – А собственно… а почему? Может, мне объяснят, что здесь происходит?

– А самим вам не заметно? – она обвела рукой изуродованных людей. – Их здесь слишком много. Не так ли? Чего-то определённого я вам точно не скажу. Простите, но… такова реальность.

– А… – Сашка хотел что-то спросить, но не нашёл слов.

– Послушайте меня, давайте без вопросов. Это уже с самого утра, – медсестра упала спиной на стену. Она выковыряла сигарету из пачки, смятой в заляпанном кармане, и, ничтоже сумняшеся в уместности, закурила.

Выпустив сизое облако в шевелюру доцента, она прикрыла ладонью глаза. – Не хочу всё это видеть. Я же тоже человек! Понимаете вы или нет?

– Да мы собственно… – Семирядинов шагнул к ней совсем близко, но не решился взять за руку, хоть и потянулся.

Медсестра выпрямилась: – У нас всех проблема. Большая проблема. Что-то происходит нехорошее. Верьте мне, ваш парень в очень тяжёлом состоянии. Здесь ему никто не поможет.

Хотите спасти – везите в ближайшую больницу. Если там не возьмут – ищите другую, – позади неё завизжал пожилой мужчина с огромным кровавым пятном на животе. Сестра на миг застыла. Окурок обломился у фильтра в её пальцах. Но, показалось, она даже не заметила ожога и пошла к больному.

– Но ради бога, почему?! Почему вы не отправите его в больницу сами? Я хочу знать! – доцент последовал за сестрой.

Мы же не решались опустить Исакова на пол, хотя стремительно теряющий силы, он обмяк на наших и без того уставших руках.

– Слушайте меня, – медсестра решительно приблизилась вплотную к Семирядинову. – Сегодня через меня лично прошло не менее тридцати человек с такими увечьями, которые вам и не снились. Истекающие кровью, вопящие на чём свет стоит. Всем нужна помощь и у всех один вопрос: «Почему?». Все хотят знать. Также как и я сама хочу. Но не знаю! – на последнем слове она вскрикнула и развела руками. – И никто из нас, находящихся здесь, не знает.