Раб и Царь

– Обязуюсь вернуть долг, или рассчитаться иным образом… – стал читать он вслух. – Что это значит?

Того мгновения, которое понадобилось Катиному отцу, чтобы прочитать записку, хватило Серому, чтобы ударить соперника. Михаил Александрович отлетел от здоровяка и выронил нож. Серый неспеша поднял нож и приставил его к горлу Катиного отца.

– Ну что, прочитал документ? Может быть, ещё вопросы есть?

– Есть, – прохрипел теперь уже Михаил Александрович. – Она в здравом сознании была?

– А мы что, врачи? Может, и нанюхалась чего-то.

– А жених её?

– А что жених? Он нам денег должен, а рассчитаться нечем было, вот он свою бабу и уговорил. Так что можешь передать эту расписку ему, она мне больше не нужна. Мы с ним в расчёте. И ещё, запомни, если уж подставил нож кому-нибудь к горлу, то не отвлекайся на чтение долговых расписок.

Серый пренебрежительно посмотрел на Михаила Александровича, плюнул в его сторону и ушёл. Катин отец остался лежать на асфальте, держа в руках долговую расписку Димы.

Катина выписка из больницы происходила тихо, без особой огласки. Её встречали только самые близкие: те, кто наперекор самым чудовищным доказательствам не переставали верить ей, те, кто боролся за её честь, несмотря на общее презрение и осуждение. Встречавших было всего трое: отец, мать и Володя Рабов. Володя вручил Кате цветы, вчетвером они вышли из больницы, сели в такси и уехали домой.

– Слава Богу, что этот кошмар закончился, – говорила Нина Фёдоровна.

– А эти цветы по случаю моей выписки? – спросила Катя.

– Нет, – сказал отец, пряча улыбку. – Они по другому поводу.

– И по какому же?

– Перед тем, как ехать в больницу, Володя пришёл к нам и попросил руку нашей дочери, – ответила за отца мать.

– Мою руку? – удивилась Катя.

– Ну не мою же? – пошутил отец. – А ты возражаешь?

– Я? – Катя задумалась. Лицо её сразу стало серьёзным. – А Дима?

– А где ты видела Диму, когда с тобой беда случилась? Может быть, он сидел у твоей кровати в больнице? Дима сразу же отказался от тебя.

– Да, но для этого у него были веские основания, – возразила дочь.

– Деньги, вот его основания, – раздражённо сказал отец.

– Деньги? Какие деньги?

– Дочка, помнишь, в больнице я пообещал тебе разобраться в этом деле? Я выполнил то, что обещал. Дима задолжал каким-то отморозкам, и чтобы рассчитаться с ними, продал им тебя.