Спутанные частицы

Я тут же подступился к расхристанному возмутителю спокойствия, но тот оказался не лыком шит.

– Это не вы мне, а я вам условия ставить должен! – орёт. Уже на такой противный фальцет вышел. – И плевать мне, что вы от Его имени говорите!

Я, используя ситуацию, и то, что подопечный мой отвлёкся на «пиджаков», принялся бочком-бочком продвигаться вдоль стены, стремясь оказаться к нему поближе, но тут кадыкастый выкинул новый фортель – схватил с медицинской каталки, что в коридоре стояла, блестящий скальпель – как он на ней вообще оказался?! – и занёс его над своим запястьем, едва не касаясь кожи остриём.

– Суки! – опять орёт. – Я вам сейчас устрою бункер с барокамерами! Так Ему и передайте!

«Пиджаки», судя по всему, сильно обтрухались в этот момент – как по команде застыли, некоторые даже руку боялись опустить, со стороны на них было смотреть забавно, если бы не ситуация, и вправду ведь, как на стоп-кадре все замерли. Я прикинул – до шеи можно добраться в два хороших прыжка, вряд ли он полоснуть себя успеет, он же не профи.

Только вот как быть с тем, чтобы его хрупкое тельце не повредить, ведь приказ у меня формулировался однозначно – чтобы не случилось – ни волосок с него упасть не должен. А тут без серьёзного его отключения скальпель не выхватить. Пока я так сам с собой совещался, развязка наступила независимо. Кадыкастый одумался, отложил инструмент, усмехнулся криво.

– Поняли, чего стоят ваши предложения? – бросил им.

Один из министерских, самый представительный кивнул, поняли, мол, и добавил:

– Да не волнуйтесь вы так.

Мы всё непосредственно Президенту передадим. Обязательно найдём какой-нибудь компромисс.

– Вот и найдите, – развернулся мой подопечный и пошёл от них прочь. Я его нагнал быстренько и деликатно взял под ручку, он даже не отмахнулся.

И начала у меня после этой интермедии некая картинка складываться, очень уж фантастическая поначалу, хотя, если иначе посмотреть, то не такая уж и невозможная в принципе. Косвенно мои подозрения мой напарник подтвердил, пересказав, как наш шеф на одной закрытой ведомственной вечеринке хвастался, что некоторые секреты двора знает, и рассказал такое, за что потом долго извинялся перед каждым, кто при разговоре присутствовал.

Уверял, что не так его поняли.

Мне на шефа с его длинным языком уже наплевать было с высокой колокольни. Приспичило мне какой-нибудь эксперимент произвести, чтобы окончательно в моих подозрениях удостовериться.