Рассказы

 – Действительно похожи.

Лиза не обращала на незнакомца никакого внимания. Она с интересом отковыривала кусочек самоклеящейся плёнки от шкафчика с кастрюлями, как будто видела его в первый раз.

Наша или не наша? – только и думал Егор.

* * *

А потом приехала «Скорая помощь». Неизвестно, кто и для кого её вызвал, но надо хоть что-то делать, когда не понимаешь ничего.

Молодой детский врач и его скорая помощница выслушали рассказ Егора, поминутно переглядываясь. Потом, посовещавшись между собой едва уловимыми движениями, приняли решение сделать Кате какой-то укол.

– Это вас успокоит, не волнуйтесь, всё хорошо, – ничего не значащими фразами замазала медсестра место инъекции.

– Только не усыпляйте меня, – задавленно попросила Катя. – Нужно постараться быть в здравом уме и… Я ведь теперь многодетная мать.

Люди в белых халатах, конечно, ничего не поняли. Ни во что не поверили.

– Может, вы всё-таки осмотрите ребёнка? – остановил Егор направившихся к двери врачей.

– Э-э, осмотрим.

– Обеих, – оживилась Катя, что-то придумав. – В первую очередь, нашего. Не повредило ли ей как-нибудь то, что… – она переступила через невысказанное слово и всё-таки высказала: – не повредило ли появление двойняшки?

– Двойника, – усмехнулся молодой доктор.

– Вы нам не верите? – опять завелась Катя, и Егор подвинулся к ней поближе, чтобы удержать от новой вспышки.

И пока парень заглядывал Лизуке в рот, в глаза, под маечку, Катя вытряхивала из комода какие-то бумаги и документы.

– Вот свидетельство о рождении, вот выписка из роддома, вот моя обменная карта беременной – смотрите. Ребёнок один, беременность одноплодная, вот, вот.

Медсестра вежливо, но не без любопытства заглянула в документы.

– Ваша девочка абсолютно здорова, – сказал врач, отпуская Лизу и поправляя ей съехавший розовый бант. – А от второго ребёнка, – он обернулся, – вы, стало быть, отказываетесь?

На секунду все замолчали, даже дети перестали лялякать и шуровать подручными предметами.

– Отказываюсь? Я не… – Катя посмотрела на девочку с жёлтым бантом, и лицо молодой мамы снова начал заливать ужас. Но не тот, не страх перед необъяснимым, а новый. – Я просто говорю, что рожала одну. А вторая… Это она или не она. Такая же точно, я не пойму…

– А одежда, – медсестра проколола молчание осторожным шприцем, – одежда на найденной девочке была?

– Точно такая же, – почему-то даже обрадовалась Катя, – тот же розовый костюмчик, как у нас.