Рассказы

В коляске лежала Лиза, ещё одна Лиза, точно такая же, как её собственная, как та, что сидела на её правой руке.

* * *

Есть логика яви и логика сна. То, что приемлемо для одной, – для другой за семью печатями. И наоборот. Они, как неудавшаяся пара, всего лишь копируют друг друга из-за угла, но не смеют вторгнуться в чужие владения. И если сон говорит с тобой скучным, прозаическим языком, полным бытовых подробностей и деталей, – жди. Приходишь ли ты с работы, открываешь дверь ключом с надоевшим треснувшим брелочком, вешаешь куртку, сталкиваешь ботинки, не расшнуровывая как всегда, идёшь в ванную и моешь руки ромашковым жидким мылом, которое покупаешь обычно в мелкооптовом гипермаркете – ёлки-палки – жди хотя бы того, что мыло вдруг станет синим, потечёт тебе за шиворот, а у ног твоих окажется ведро с битым стеклом или хоть с тараканами.

И ждёшь.

Так и явь – если она начинает капризничать и вести себя как сон, хочется её пристыдить и образумить: «Милостивая государыня».

Когда Егору позвонила жена и выговорила в трубку несколько раз икающим шёпотом: «Лиза-Лиза», он понял, что с дочерью какая-то беда.

– Сейчас я приеду, только скажи – что?

Катя объяснить не могла.

– Это так странно, у меня…

Ладно, странно – хотя бы не страшно. И он поехал домой.

И вот на бегу, жадно – в редкую растерянную толпу возле дома:

– Что?

Одна захмыкала:

– Вот, ребёночка не то украли, не то подкинули.

Вторая уточнила:

– Да-да, девочку.

Исчерпывающая информация. Третья:

– Мамаша сама какая-то чудная: то орёт – не мой ребёнок, то наоборот, вцепилась – мой. Хотели в милицию…

– Валь, тишь, это ж сам муж.

Ох эти бабки.

– Я и говорю, подменили ребёнка.

Чёрт.

– Где?

– Да домой пошли.

Первое, что увидел Егор, открыв дверь, – Катю с улыбающейся Лизой на руках. И сразу дрожь из пальцев выпала, отлегло. Но лицо у жены? Разве…

Он выхватил у неё дочку, уже спокойнее стал осматривать, ощупывать.

– Что же случилось? Лизука…

Катя тоскливо покачала головой:

– Нет, Егор, наша Лизука там.

Сквозь щель приоткрытой двери желтел краешек детской кроватки. Там дочка обычно спит днём. Не понял.

Он шагнул в комнату с ребёнком на руках.

– Только не буди, – и голос у Кати споткнулся, ударился о край двери.

– Я-а-а не понял.

– Я тоже ничего не поняла.

Ещё одна девочка. Спит. Похожа на Лизу. Егор опустил ребёнка на пол и посмотрел на жену.