Чалын – дочь снежных вершин. Книга 1. Южные ветры

Наконец, один из борцов сделал первый шаг к сопернику, тот подался навстречу и они по-дружески обнялись, поскольку это были соревнования сильных мужчин, после которых бывшие противники часто оставались друзьями.

Поединок закончился, но люди не умолкали. Одни делились впечатлениями, другие давали свои наставления, ну а мальчишки – те, в свою очередь, всё ещё посмеивались над Согоно.

Среди суетливого народа сильно выделялся рослый юноша с выступающими скулами, широким подбородком и телом, сравнимым со скалой.

– Кто этот кезер[8 - Кезе?р – воин, силач.]? – указав на здоровяка, спросил у зайсана Ойгор. – Отчего он не борется?

– Это Кыркижи[9 - Кыркижи – силач-гора, человек-гора.], – слегка наклонившись, ответил старейшина племени. – Не очень умён, зато по силе ему среди нас нет равных. Он это знает, а потому и не выходит.

– Силач-гора?

– Да, да, именно так. Наши люди вон с той скалой его сравнивают, – старик кивнул на серый утёс напротив.

– Значит, человек-гора.

– Да, хан, человек-гора. Так его мальчишки зовут.

Глаза Ойгора загорелись. Поднявшись величаво с места, он отвязал кожаные ножны с вложенным в них мечом и передал сыну. Затем снял массивный пояс, усыпанный серебряными да золотыми бляхами, отображающими все его заслуги и подвиги, аккуратно положил на шкуру. Сбросил боевой ремень, увешанный оставшимся оружием: чеканом и бронзовым кинжалом. Распахнул пёструю шубу.

Уразумев намерения хана, зайсан немедля попытался отговорить его от неудачной, как ему показалось, затеи.

– Ойгор-хан! – приблизившись к хану, принялся нашёптывать старик. – Кыркижи руками голыми сарлыков[10 - Сарлык – дикий як.] упрямых за рога в стойло затаскивает. Неподъёмные камни с места сдвигает. Горы высокие без отдыха покоряет…

Грозным взглядом Ойгор остепенил зайсана. В тот момент стихла и толпа. Всё внимание обратилось на хана. Он скинул шубу и вышел в круг.

Кыркижи стоял позади всех. Перед ним сновали маленькие фигурки знакомых ему людей, самые высокие из которых едва достигали его могучей груди. Ни в одном из них он не видел достойного себе соперника. Кыркижи ждал вызова от чужаков, от тех, кто явился сюда издалека, среди них встречались силачи подобные ему, с богатырской удалью, и он готов был помериться силами с любым из них. Но вот только не с тем, кто вышел на середину круга. И человек-гора растерялся.