Мерцающие смыслы

Книгу Юрия Денисова можно по праву назвать автобиографической: и в рассказах и в художественных миниатюрах читатель сразу почувствует, что с ним делятся выстраданными мыслями, воспоминаниями и откровениями. Даже когда речь идет о малознакомых, невзначай встреченных на улице, как, например, в рассказе «Отец и сын», трудно не уловить личностный подтекст. Именно тема родственной привязанности и любви между разными поколениями в семье – одна из самых ярких и убедительных в этой книге.

Называя первую часть «Чистая экзистенция», Ю.

Денисов словно «ориентирует» своего читателя, невольно убеждая в каждом рассказе, что, на первый взгляд, малозначащие, бытийственные эпизоды и коллизии неизбежно ложатся в основу всего нашего земного существования. Напротив, в «Лабиринтах Эроса» сюжетная канва приобретает важное значение. В этой части книги читатель столкнётся с иным постижением реальности, обусловленным яркими, эмоциональными «взлётами». Иногда они длятся мгновения (как в «Прощальном звонке»), а порой вырываются из повседневности на месяцы и годы («В промёрзлой будке» и «… Не знаю что»). Та же беспредельная обнажённость души, та же доверительная интонация окрашивает эти небольшие рассказы, вызывая сопереживание тем персонажам, за которыми угадывается автор. И ещё один удивительный вывод я сделала, прочитав этот цикл: как не предсказуемы наши эмоции и чувства, как многое в нашем восприятии может изменить время (пусть даже на считанные часы или минуты), превращая события жизни из чего-то несущественного для нас в драгоценное и незабываемое («Снимок из пятидесятых»). В рассказах Ю. Денисова время, словно через сито, просеивает всё наносное, оставляя памятное. Уже в этой части книги, посвящённой любовным и эротическим темам, «прорастает» через реалистическое восприятие инобытие. Но не как нечто, противостоящее жизни, а как что-то абсолютно необъяснимое, фантасмагоричное и в то же время зримо явленное. Подобные «вторжения» в реальность ставят в тупик и самого автора. Так в новелле «Упущенный взгляд» происходит художественное чудо: происходящее наяву «сращивается» с явлением, неподдающимся рациональному взгляду на вещи. И это бесшовное соединение несоединимого обращает нас, читателей, к названию всего сборника «Мерцающие смыслы». Понимание, с точки зрения логики, того или иного события представляется туманно-призрачным, и мы вместе с писателем можем лишь «угадывать» его предназначение.