Зов. Антология русского хоррора

Морда чудовища приблизилась к границе между нашими мирами – моим, воздушным миром порядка, и морской глубиной ужаса, неопознанного, того, что человечество еще долго не сможет изучить досконально. Между нами лишь тонкая пленка воды.

Лишь мгновение проходит, и я не успеваю разглядеть. Существо прыгает на меня из воды – белое, в человеческий рост. Тонкие длинные руки и огромный рыбий хвост – вот и все, что отпечаталось в сознании. А затем – оно скрывается обратно, в свой мир непроглядной тьмы морской глубины.

* * *

В детстве я до безумия боялся спать без света, но никогда не позволял себе хотя бы зажечь свечу. Тени за окном двигались, черные линии струились по полу и хватали меня за горло. Я не мог кричать, иначе разбужу весь дом. Я прятался под одеяло, и тут наступало самое интересное – какой страх победит: перед ужасными несуществующими чудовищами или удушьем? И оно всегда побеждало – я выныривал наружу, глубоко дышал и ждал, что в меня вцепятся когти и зубы. Но ничего не происходило, и я снова отмечал – человек сам убьет себя с большей вероятностью, чем нечто извне.

* * *

Сколько непознанного еще в мире! Человечество ничтожно по своей сути, называем себя царями земли, при этом совершенно не знаем, что скрывается в толще воды. Существо запомнило, что я есть, и время от времени появляется у края колодца. Иногда прыгает, чтобы схватить и утащить, а я запоминаю детали и трясущимися пальцами зарисовываю на бумаге.

Вот хвост, вот руки, вот впалая грудная клетка. На спине плавник, белый, как все остальное тело. Зубы острые, как у пилы, а на лбу – стебелек с лампочкой, как у глубоководного удильщика. Морда плоская, лишь пара черных ноздрей и круглых мертвенных рыбьих глаз. Стоит приблизиться, тварь выныривает, и я дорисовываю новую деталь. У меня осталось немного хлеба. Я крошу его в колодец, прикармливаю существо, как плотву. Так и вижу, как оно бесится там, в своем мире.

Вижу эти глаза, смотрят на меня над краем колодца. Лампочка покачивается, как маятник, завораживает, зовет.

Я бегу наверх и хватаю револьвер – оставшиеся карандаши из портфеля рассыпались и раскатились по углам. Бегу вниз и стреляю туда, в другой мир. Раз, два, три, четыре. Буль, буль, буль, буль. Прямо как ключ от маяка, когда я бросил его в море.

А потом вдруг что-то живое, маленькое, трепыхающееся вылетает из воды и приземляется к моим ногам.