Бабло пожаловать! Или крик на суку

Это прозвучит не корректно, но он заигрывался с ней, как на бирже: руководствуясь знаниями поведения толпы, Рамсес анализировал текущую ситуацию – как внутреннее обеспечение, так и безотказно организованную жизнедеятельность Алики – и пытался предугадывать ее дальнейшие шаги.

Алика тоже была логик. Вместе с тем, она относилась еще и к везунчикам, что в значительной мере рознило ее с Рамсесом. Но, эти два понятия в ней, как в девушке, противоречили друг другу. Как логик, Алика хотела спланировать все, но, одновременно, как везунчик, она надеялась только на удачу.

Внезапно Алика остановилась и повернула голову к Рамсесу.

– Скажи мне, вот, почему сегодня должен был так начаться день? – заговорила она с тем же раздражением в голосе, с чего началась встреча.

Несмотря на опоздание, терпению Рамсеса подходил конец!

– Алика, к чему опять это начинать? Прошу тебя, я ж не виноват, что у Дауна…

– Да вот в том-то и дело, – перебила она в еще большем негодовании, – ты, вместо того, чтобы извиниться, решил позабавиться, да еще и затронул тему «Даунов»? Знаешь что? Оставь меня в покое, а то ты основательно испортить мне сегодняшний день!

Из-за неожиданного поворота событий, Рамсес, словно вспоминая русскую речь, смог лишь развести руки и, неумело отыскивая оправдание вроде как, непонятно чему, попытался заговорить:

– Но…

– Рамсес! – требовательно обратилась она.

– Что, Алика? – перебивая, тут же ответил он и, словно вспомнив родной язык, на повышенных тонах предложил: – Хорошо, давай все забудем и скорей уже отправимся на этот чертов променад, коль скоро я к тебе пришел!

Алика презрительно усмехнулась.

– Это еще, кто, к кому пришел?

Рамсес взялся руками за голову от переизбытка недопонимания, глядя на то, что происходило с настроением подруги.

– Алика, правда, давай попросту поедем в лес! – нервничая, почти умолял он.

На что она ответила по-прежнему спокойно, пристально посмотрев в его глаза:

– Тебе никогда не приходило в голову, как сильно ты меня любишь? В смысле, не просто вспомнить о том, что я у тебя есть, когда образовалось «окно» в работе, а по-настоящему, не думая больше ни о чем, а лишь о нашей любви.

Смена в ее настроении окончательно запутала Рамсеса и столь стремительные перемены за весьма короткий срок, были совершенно ему новы.