Темные легенды. Антология русского хоррора

– Ты не можешь так со мной поступить! – разрыдалась девушка, – я же ради тебя пошла на всё! Я ради тебя убила…

– Кого ты убила, Ксюш, сгусток клеток? Не говори глупостей!

– Я уже любила его! – сквозь рыдания прокричала Ксения, – ты… ты жесток! Ты любишь только себя!

– Раз я люблю только себя, тогда зачем я тебе такой нужен? Всё! С меня хватит этих истерик! Наши отношения зашли в тупик. Прощай! Не звони мне.

Артём, гневно сверкая глазами, начал одеваться.

– Тёмочка! – взмолилась Ксюша, – Тёмочка, перестань! У нас всё ещё наладится.

– Нет, не наладится, – ответил Красавчик и, открыв дверь, вышел навстречу снежной пурге.

– Будь ты проклят! – в отчаянии закричала девушка ему вслед.

Все эти картины из прошлого колыхались теперь в сознании Артёма болезненными воспоминаниями. Громкий возглас священника вернул его к реальности. Красавчик растерянно оглядывал толпу людей, ища Ксению, которая уже успела куда-то уйти. После окончания праздничного богослужения взгляд Артёма всё ещё блуждал, пытаясь отыскать Ксюшу.

– Ну как ты, Тёма? – участливо спросил старик.

– Не знаю, – буркнул Артём, – я тут знакомую встретил. Ксению…

– Я видел, как вы разговаривали, – ответил Петрович, – хорошая она женщина. Жена одного состоятельного прихожанина, спонсора нашей церкви. Отличные они люди, беднякам помогают. Только омрачена их семейная жизнь отсутствием детей. Не может Ксения забеременеть. Изболелась душа у неё. Каждое воскресенье в церковь приходит и плачет, плачет.

– Жаль, – растерянно проговорил Артём, – а врачи что же?

– А что врачи? – переспросил Петрович, – врачи тут ничем помочь не могут, коли бездетность – наказание за аборт…

– Аборт? – ужаснулся Артём.

– Ну да, – подтвердил старик, – говорят наши бабульки, что бедная Ксюша с подонком каким-то встречалась раньше. Что пожениться будто бы они собирались. Да только парень непорядочный оказался, как узнал, что она беременная, заставил её аборт сделать. А потом, искалечив несчастной девушке и душу, и тело, бросил её да и был таков.

Артём, тяжко застонав, опустился на резную скамью, стоявшую под иконами. Ему казалось, что лики святых грозно взирают на него со всех сторон.

– Петрович, – дрожащим голосом произнёс Артём, – ведь этот подонок я.

– Ты?! – поразился старик, – тогда это многое объясняет. Что же ты наделал, Артём?

– Пойдём отсюда, – мрачно ответил Красавчик, – мне тяжко находиться в церкви, как будто все святые готовы покарать меня.