Мой горький Лондон

Я остановилась возле вот этой штуки (не знаю как она называется) с надписью «зарубежный рок», разглядываю обложки дисков, и сгораю от желания оказаться сейчас в Британии. Серый город за окном становится бесконечно противным, слишком маленьким.

Эта жажда другой страны сильнее меня, она необъяснима, она затягивает. Эта жизнь, как на обложках пластинок – пусть она красивее, чем на самом деле, но и та, другая жизнь, пусть даже хуже – она нравится мне. Лондонские окраины или фешенебельные центральные районы – какая разница для русской девчонки из этого города? Ходить, просто дышать воздухом истории, наслаждаться архитектурой, улыбками, этими мохнатыми шапками стражей правопорядка… А правду говорят, что там почти всегда идут дожди и туман не рассеивается?

В зале начинает играть рояль… Откуда он здесь? Бог мой, какой звук! Я стою, простите за сентиментальность, зачарованная, я слушаю…

…My muscles feel like a melee,

My body's curled in a U-shape.

I put on my best, but I'm still afraid.

…

Tell me I'm a part of history.

Tell me I can have it all.

I'm still too tired to care and I got to go.

«Мои мышцы, словно после драки… Мое тело согнуто калачиком… – мысленно пытаюсь перевести я. Да, мой дед иногда говорил со мной по-английски, когда я была еще совсем маленькой. Только как-то выветрилось уже, а в школе английский выучить невозможно. – Я сказал самое лучшее, но все еще боюсь.… Скажи мне, что я – часть истории. Скажи мне, что я могу иметь все это. Я все еще такой уставший, чтобы идти…»

Я подхожу к продавцу и, словно во сне, интересуюсь, кто это поет.

– Stone sour. Они обычно поют такой, знаете, трэш, а тут вот спели, и все удивились…

– Будьте добры, дайте мне этот диск. Сколько он стоит? – отсчитываю деньги.

И точно так же, как Катька, я сжимаю и чуть ли не целую этот альбом. Радостная, словно ребенок, когда ему покупают шоколадку, я ищу ее, подхожу, дергаю за рукав:

– Катюха, просто отлично, что мы сюда зашли, да?

– Ага! – широко улыбаясь, кивает она в ответ.

– Кать, а пойдем, кофе выпьем? С пирожными? На первом этаже тут ведь кафе есть, а? Я угощаю!

Мы пили с ней горький кофе, и каждая из нас хотела поскорее прийти домой, поставить диск и, блаженно закрыв глаза, наслаждаться музыкой… Хотя Эминема вряд ли можно слушать с закрытыми глазами.

А потом, когда я уже вернулась домой, мне вдруг захотелось, чтобы на стенах в моей комнате висели фотографии знаменитостей из прошлого века.