Каталог проклятий. Антология русского хоррора

Тогда парень слегка вывернулся и, подавшись вниз, прильнул к ее мокрому лону. Сжал губами клитор, оттянул его – и начал обсасывать, елозя языком по соленой шкурке. Вскоре та выскользнула, таз женщины затрясся. Хозяйка томно застонала, расслабляя ноги.

Конечности Анхары распластались вокруг Лешки. Где-то прошуршало пакетами, и комнату наполнили звуки шлепков, словно десятки босых ступней затопали по мокрому паркету. Рядом послышался треск стекла, заглушаемый цокотом. Странные звуки разошлись по квартире, которую наполнила знакомая пряная сладость.

Но Лешка не хотел оглядываться на звуки: он познал источник аромата. Так пахло влагалище Анхары. Солодящий, обволакивающий запах манил к женской внутренности. Притягивал, заставляя запустить между половых губ язык – и высасывать, лакать пряную влагу соков, которыми наполнялось чавкающее нутро.

Лешка впился в лоно, мокрое от пота и слюней. Раздвинул прелые стенки, провел по ним кончиком языка и глубоко втянул в себя женскую влагу. На языке почувствовалась липкая, кисловатая горечь.

Парень сглотнул, чувствуя, как с проникающими внутрь слюнками тело заполняет ток. Колкий, режущий по нервам, он заставлял конечности содрогаться, а органы – в том числе и легкие – сжиматься, выпуская наружу тяжелые вздохи.

Лешка стонал от горького понимания, что вкус женского влагалища напоминает запах вышедшей из душа Надьки: такой же полуголой, как хозяйка, и такой же… сочной.

Перед лицом парня чавкнуло. Только сглатывать перехотелось: при мысли о сестре к горлу подступил колючий ком.

Парень брезгливо харкнул и завыл, в беспамятстве упав на залитый спермой паркет.

– Ну ты, конечно, чемпион, – Анхара присела на кровать, склонившись над Лешкой, коснулась его груди и ласково провела по коже. – Я ведь хотела получить удовольствие, думала, ты в меня…

Парень лениво приподнялся на кровати. Но ослабленное тело скользнуло вниз, запутавшись в простынях. Мокрые, они липли к потной коже и сковывали движения. Лешка устало отбросил постельное белье, глянул на сидящую рядом хозяйку.

Женщина оставалась бледна, как статуя, и в глазах ее по-прежнему читалась неудовлетворенная похоть.

– М-мы были на полу…

– Правильно, дорогой, на полу. А вскоре продолжим здесь, в моих покоях, – фальшиво улыбнулась хозяйка, процедив: – Жди здесь, я сбегаю на кухню и принесу шампанского. И затем ты кончишь мне внутрь. Не волнуйся, не возьму денег за второй раз.

Лешка устало кивнул, проводив женщину взглядом до коридора.