В прекрасном и яростном мире… Стихи

Подумать страшно: вся ушла братва…

И что такое Т-34,

Сорокапятка, Пэ-пэ-ша, У-2

И прочие старинные слова

Я буду понимать один лишь в мире.

Но и один я в майский день приду

К Могиле Неизвестного Солдата.

А если кто-то бросит на ходу,

Увидев, что гвоздики я кладу:

– Какой сегодня праздник? Что за дата? —

А если кто-то будет сквозь смотреть

На выцветшие орденские планки,

То лучше мне сегодня умереть,

Чем заживо среди живых гореть

В забвения тяжёлом танке.

    Малеевка,

    «Правда», 7 мая 1994

Героическая симфония

Он тенью входит к людям в дом

И днём погожим, и в ненастье

И хнычет без конца о том,

Какое у него несчастье.

Вот он сидит передо мной,

И меркнет свет в моей квартире.

– Ах, горше участи земной

Никто не ведал в этом мире!..

Я встал и музыку включил.

И, к нам войдя, сказал Бетховен:

– Замолчь! Ты ноги промочил,

А он свой тяжкий крест влачил,

Где пот ручьём, где лужи крови.

    1975

Дубки

В тот славный год в начале мая,

Надежд полна и весела,

Одна крестьянка молодая

Дубки из леса принесла.

И в честь победы над фашистом

И чтобы муж-солдат был рад,

Дубочки те с мечтою чистой

У хаты высадила в ряд.

Она о той поре мечтала,

Когда в их ласковой тени

Внучатам сказки бы читала

В иные благостные дни.

Но не вернулся муж-воитель.

В последнем яростном бою,

Европы всей освободитель,

Сложил он голову свою.

И пролегла рекой разлука…

Судьба солдатки тем грустней,

Что у неё не только внука,

Но нету даже и детей.

Выходит, в той жестокой схватке,

Что завершила наш поход,

Убит не только муж солдатки,

А пресечён был целый род.

Солдатка уж давно седая,

Дубки ж её всё зеленей.

Они, листву перебирая,

Шумят то тише, то сильней.

И песни славы ими спеты,

И песни горя да тоски —

Они ж сыны самой Победы

И смерти воина годки.

И потому так любит слушать

Седая женщина их шум…

Ты не посмей ничем нарушить

Ни трудных чувств её, ни дум.

    «Сельская жизнь», 13 мая 1994

Последний парад

На смерть маршала Г. К. Жукова

– Спокойно спи, суровый маршал, —

Я прошептал издалека,

Когда пред ним в прощальном марше,

Чеканя шаг, пошли войска.

Парад последний принимал он,

Как встарь, у стен седых Кремля,

И шапки медленно снимала

Вся наша скорбная земля.