Тихие омуты

Сколько гусей осталось на лугу? – спросила я сама себя и тут же ответила: – Шесть!

Учительница одобрительно улыбнулась, а парнишка в аккуратном френчике из черного сукна, что сидел на первой парте и внимательно разглядывал мои ботинки навырост, ляпнул:

– Задавала гусиная!

– Ой, ой, Стась! Завидуешь? – укорила его учительница. – Не завидуй, научишься и ты и писать, и решать задачи. И каким задавалой ты тогда будешь?

– Козлиным! – подсказала Аня Седых. – У них козел больно бодачий.

Ребятишки весело рассмеялись, а Стась обернулся к классу и показал всем язык, да еще и кулаком погрозил.

– Я вас обеих перевожу во второй класс, – обрадовала Аню и меня учительница, – и заниматься с вами буду отдельно. Со всеми же остальными первоклассниками мы станем учить азбуку, будем учиться читать, писать и, конечно же, займемся арифметикой. А еще я расскажу вам, дети, много интересного, чего вы сейчас не знаете.

На перемене, о которой оповестил заливистый звонок в руках школьной уборщицы, сторожихи и истопницы бабы Евы, к Ане подошел Стась Лавицкий – франт франтом по сравнению со всеми другими учениками.

Пригладив ладошкой белесый чуб над белесыми бровями, он заговорил с Аней, но так, чтоб и я слышала.

– Учительница назначила меня старостой!

– Ну и что теперь будет? – с вызовом спросила Аня.

– А то будет, что теперь я сильнее всех стану вас ремнем по ребрам хлестать, – ответил Стась, подумал и добавил: – Чтоб не задавались!

– А я брату Петру скажу, он тебя поймает да так отхлещет, что не обрадуешься.

– А я вот эту, бабаедовскую, ремнем! – не унимался Стась. – У нее тут никого нет, а старых Атрашкевичей я не боюсь.

– А мой брат и за мою подружку, если ты ее обидишь, наподдает тебе. Иди, иди, Стах Лавицкий, не испугались!

Прошло несколько дней занятий в школе, и я уже не мыслила жизни без Ани Седых. Меня к ней тянуло неудержимо. Я восхищалась ее смелостью и прямо-таки взрослой самостоятельностью. Она знала, как нужно поступать, когда сталкивалась со сложностями, что и кому ответить, если допекают ребятишки, как надо разговаривать с учительницей – по-деловому и с достоинством.

Я же перед учительницей всегда робела, а когда обижали, забивалась в закуток и плакала, чтоб никто не видел, даже Аня. Мне очень хотелось быть похожей на Аню. А тут еще принесла она в класс свой рисунок. На листке бумаги из тетрадки в косую линейку была нарисована красная девица в нарядной блузке с монистами на шее.