Белый, белый снег… (сборник)

 – Тогда, наверное, душа возвращается в исходную точку и все начинает сначала?

– Да, – с усмешкой отозвался Борисенок. – Если садист и убийца – тогда все сначала. А если просто дурак – тогда от новорожденного…

Он погасил свечу и улегся на нары.

– Ладно, давайте спать, философы. Завтра рано вставать… А то какие из вас охотники?

Борисенок и Тимка уснули быстро. А я все лежал в темноте и думал.

«Может быть так, цикл за циклом, – мысленно продолжал я начатый разговор, – душа обретает совершенство? И только потом – вечную благодать… Вот только не ясно одно.

Важна ли при этом самореализация человека? Покорение каких-то жизненных вершин?.. Ведь достичь духовного совершенства можно в любой глуши. Соблюдай божественные заповеди – и довольно… Так что же толкает людей на поиск всенародного признания? Зачем им нужна оценка своих способностей и талантов? Только ли в тщеславии и материальном благополучии дело?.. Сложно все. И нет ответа ни на один вопрос. Ибо не в силах ум человеческий понять то, что ему не дано…»

4

После утреннего чая мы стали готовиться в путь.

Идти решили по двум маршрутам… До Витькиной избушки отсюда можно было добраться либо вдоль реки, либо по едва приметной лесной дороге, которая начиналась километрах в двух, на старых вырубах. Судя по карте, которую одолжил мне дед Захар, расстояние в том и другом случае было почти одинаковым.

Конечно, идти всем вместе было бы сподручнее и веселее, но это уменьшало охват территории… А так – мы за один раз обследовали приличный участок тайги.

Вдоль реки отправились Тимка и Борисенок. Я с Абреком пошел по лесной дороге.

– Если увидишь след – догнать не пытайся, – сказал Борисенок, поправляя на плече карабин. – Далеко сейчас не уйдет. А вместе мы потом спокойно его прищучим. Да и безопаснее, если что…

Чтобы Абрек не убежал за хозяином, я взял его на поводок. Идти через лес с привязанной на поводок собакой было неудобно. Пес то и дело совался между деревьев, норовил забраться в самый бурелом, но я терпел… Наконец, убедившись, что отошел достаточно далеко, сунул ему кусок хлеба и отпустил на все четыре стороны.

Поначалу Абрек несколько раз порывался вернуться обратно, но я всякий раз подзывал его, угощал хлебной корочкой или сахаром, и мы шли дальше. Вскоре охотничий инстинкт победил, и пес, позабыв обо всем, пошел впереди меня широкими галсами.

Мы вышли на старую лесную дорогу. Абрек пробежал немного по ней и свернул в лес.