Реинкарнация. Авантюрно-медицинские повести

Однако в житейских вопросах она была просвещена вполне солидно.

Теперь же, с устранением причин расстройства Гришиного здоровья, Раджида устроила ему мощный реабилитационный период силами народной медицины:

– Гриша чистил сосуды, выпивая в день два литра лимонного сока и два литра дистиллированной воды – и всё;

– Раджида сказала: будем чистить печень, и Гриша героически проглотил триста миллилитров оливкового масла;

– Раджида до мелочей отрегулировала его питание, и Гриша послушно начинал день с овсянки с отрубями и заканчивал его кефиром, съедая в промежутке лошадиную дозу всякого силоса;

– Раджида научила его разным оздоровительным йоговским позам, и Гриша безропотно пытался завязать в узел все свои конечности – слава богу, никто этого не видел!

– Раджида по два часа без перерыва капала ему на лоб тёплое, душистое масло, отчего Гриша засыпал, как ребёнок;

– пил Гриша только свежевыжатые натуральные соки, а также «живую», талую воду, и сам себе удивлялся, почему ему не хочется пива;

– каждый день у Гришы получасовая ванна с солями Мёртвого моря;

– а ещё аромотерапия индийскими благовониями, аэроионотерапия лампой Чижевского, и ещё, и ещё…

Прости, дорогой читатель, за подробности, но поражённый воочию результатами, устоять соблазну поделиться с тобой нет никаких сил.

Урок, преподанный мудрой восточной женщиной, собравшей по крупицам вековой опыт целительства, очень наглядно показал, что можно и нужно управлять своим здоровьем.

Спустя месяца четыре к ним вновь ввалилась статуя Мефодича, принеся с собой неистребимый запах моря, ветра, табака, водорослей и рыбы.

– От, Раджидочка, ты и врезала этим докторишкам! – загудел он, уже безбоязненно обнимая своими лапами реабилитированного Гришу. Тот болтал в воздухе ногами, нешутейно задыхался где-то под мышкой у гиганта, а по ноге того пыталась вскарабкаться маленькая Лиза.

Поставленный на пол Гриша, отдышавшись, робко спросил:

– А что, мне теперь и пятьдесят граммов нельзя за встречу?

– Почему нельзя? Здоровому человеку как раз можно больше, чем другим, – порадовала его жена.

Как Мефодич коптил, солил и вялил дары своего моря, знал он один, а только когда он выложил всё это на стол да разлил настойку на пантах и лимоннике, аромат, казалось, парализовывал людей на улице.