Обратная сторона гламура

Вика взяла бокал и двинулась к дивану. Усевшись, она медленно пила шампанское и разглядывала окружающих.

«Интересно, кого из них сегодня я буду ублажать? Все сидят с такими минами, как на пресс-конференции – хрен угадаешь…»

Мужчины продолжали разговаривать, не замечая ее. Все как один одеты в дорогие костюмы, пьют виски и обсуждают экономический кризис с его последствиями. У всех на лицах – самодовольство и презентабельность, и ведут они себя так, будто ее здесь нет. Напыщенные ублюдки!

С одной стороны – шампанское, тихий блюз, полумрак одурманивали ее, и в тоже время неизвестность слегка напрягала.

Катрин подошла и плюхнулась рядом.

– Какой из них мой? – спросила Вика.

– Не помню. Отстань! Они все одинаковые, как пешки, – пожала плечами Катрин.

– Почему они с нами не разговаривают?

– О чем с тобой разговаривать? Сиди и пей. Хочешь еще шампанского?

Вика согласилась, и они двинулись к барной стойке. Лысый уже ушел, и девицы сидели одни.

– Не хотите пройтись на показе в субботу? – спросила Элка.

– Еще бы! – ответила Катрин.

– Хорошо, тогда я скину смс-ку. Конечно, дизайнер с прибабахом, но вам-то что? Серж Алмаzoff. Слышали?

– Где-то слышала, – ответила Катрин.

Незаметно Вика влила в себя еще пару-тройку шампанского, в голове у нее зашумело. Мужчины тоже уже прилично выпили: голоса стали громче, и чаще звучал смех.

Похоже, дело движется к развязке. Интересно, как нас будут разбирать?

В этот момент Элке позвонили и, уставившись на Вику, она принялась описывать ее по мобильному: типаж, цвет волос, цвет глаз…

– Какой размер ноги? – спросила Элка.

Вика почувствовала себя посудомоечной машиной, выставленной в супермаркете.

– Завтра вам нужно подойти до обеда, – сказала Элка и дала адрес.

Лысый подошел к Катрин и что-то шепнул ей на ушко. Она ткнула локтем в бок Вику:

– Вон твой. Тот, что стоит у камина. Только не перепутай.

Выделить его среди остальных было не так просто. Пожалуй, единственное, что отличало от прочих, так это рыжая бородка, типа эспаньолки, которая его совсем не украшала. Зачем, спрашивается, рыжим курносым мужикам эспаньолка?

Подойдя к нему, Вика улыбнулась. Он, молча, взял ее за локоть, и они двинулись по коридору. Из-под опущенных ресниц Вика разглядывала его, но ничего не могла прочесть по лицу: простоватому и раскрасневшемуся от алкоголя.