Рыбьи яйца (сборник)

Айне было пятнадцать лет, быть красавицей для неё было не просто важно, а жизненно необходимо, но природа подвела её. Начитавшись классических романов, она начала считать, что серый цвет её кожи, это признак благородного происхождения, а бледно голубые глаза, окно в её внутренний интеллектуальный мир. Она ждала, что однажды случится чудо и не знакомый, далёкий суженный, как в сказке, пусть и без белого коня встретит её у школы или у дома на перекрёстке, но время шло, а принца не было.

Красивые длинноногие ровесницы её раздражали, не только потому, что у самой Айны ноги были слегка кривоваты, и напоминали букву х, а потому что она придерживалась мнения, что красота и ум в женщине не совместимы.

Умом своим Айна гордилась, косметикой не пользовалась из принципа, а нравиться с каждым днём хотелось всё больше и больше.

– Вчера, когда убирала в кабинете директора, слышала, что её могут пригласить в оркестр знаменитого дирижёра.

– Не удивляюсь, давно пора.

Айна не дожидаясь, когда её обнаружат, вышла из зала.

В витрине магазина музыкальных товаров стояли гитары. Сверху, на них спускались нити, на которых висели восьмиконечные звёзды. Подсвеченные снизу они блестели, загадочно переливались и шептали: – Купи и сразу станешь знаменитой, успешной, богатой, любимой. Мы посыплемся на тебя и большие и маленькие. Твоя жизнь станет праздником, мы поможем, обязательно поможем, только купи.

В глубине, за стёклами в круглой витрине отдыхали саксофоны. Поодаль, одиноко, но гордо стояла виолончель. Айна открыла дверь, дверной колокольчик звякнул, скучающая продавщица оторвала взгляд от глянцевого журнала, взглянула на вошедшую девочку и снова стала рассматривать яркие фотографии.

Айна не сразу подошла к виолончели, сначала она постояла возле витрины со скрипками и только потом, пятясь, бочком, ступая мелкими шажками, добралась до предмета своего обожания.

Она прикоснулась к шпилю носком туфли, подняла руку, погладила пальцем витую головку грифа, провела ладонью по струнам, полюбовалась на плавно изгибающиеся розетки.

Виолончель не слышно для посторонних ответила ей сочным, певучим слегка сдавленным голосом.

– Девочка, ты слепая!

Айна вздрогнула. Виолончель издала напряжённый вздох и умолкла. Диалог прервался.

– Девочка, там написано, руками не трогать!

Сказка оборвалась, так и не начавшись. Айна потупилась и вышла. Она опять остановилась возле оконной витрины, восьмиконечные звёзды, словно от дуновения ветра закачались из стороны в сторону.