Мужчина и женщина. Книга первая (сборник)

Вот только… – сказала она и скептически посмотрела на густой светлый треугольник у основания живота Веры.

– Что «только»?

– Смотри.

И подруга, задрав юбку, приспустила свои трусики.

Там, где у Веры был густой пролесок, у Светы было выбрито аккуратное темное сердечко.

– Мужики от этого просто балдеют, – констатировала Света ошарашенной Вере.

– И тебе что-то подобное надо придумать. Пошли.

После получасовой кропотливой работы у Веры, вместо ее дикого светлого пролеска, появился аккуратный квадратик, причем уже черного цвета.

– Красота! – воскликнула Света. – Прямо «Квадрат» Малевича.

Когда Света ушла, Вера разделась, долго смотрела на свой новый узор. На молочно-белом теле этот темный шелковистый квадратик и точно был похож на картину великого художника, только ее квадратик был более нежным и таинственным.

Вера смотрела, смотрела и не заметила, как заулыбалась. А когда увидела в зеркале, что улыбается, то вдруг засмущалась и, прикрыв руками свой художествнный шедевр, бросилась надевать халат.

На следующий день она отпросилась на работе с обеда и, пробежавшись по магазинам, стала, волнуясь, роняя ножи и вилки, приводить кухню в состояние полной готовности к встрече с неведомым.

В седьмом часу, хоть и ждала, она вздрогнула от звонка. Одернула юбку, застегнула кофту еще на одну пуговичку и пошла открывать дверь.

Первой вошла Светка и мимоходом расстегнула у Веры только что застегнутую пуговичку на ее кофте.

Следом вошли два молодых парня. Тот, что повыше, как оказалось, был Светкин, а тот, что пониже, значит, был предназначен ей, Вере.

Светка сразу всех друг другу представила и сразу за стол, и все хохотала да болтала что-то. Парни молчали. Вера тоже, лишь изредка отвечала на Светкины вопросы односложно: да или нет.

Сели за стол.

Выпили.

Парни молчали.

Выпили еще.

Причем Светка заставила и Веру выпить две рюмки.

Вера сразу же спьянилась и тоже стала хохотать от каждого глупого слова или шутки.

А парни молчали.

После того, как выпили две бутылки парни заговорили. Отрывисто и как-то плоско и неинтересно.

Вере стало грустно. Она отозвала Светку в другую комнату и сказала, что ей что-то не хочется с «этим».

– Ты что, дура? – спросила ее Светка

– Нет, – сказала Вера.

– А раз нет, то для того, чтобы трахнуться, и такого достаточно. Давай не ломайся, тебе не восемнадцать. А ему двадцать пять. У тебя был такой?

– Был.

– Кто? – удивилась Светка.

– Муж.