Баблия. Книга о бабле и Боге

Антуан совсем собрался что-то сказать, но в последний момент остановился, часто задышал и расплакался:

– Гад я, Господи, сволочь. Не достоин я жить. И прощения не достоин. Убийца я корыстный. Если бы не ты… Поэтому об одном прошу: покарай меня, Господи. Убей, уничтожь, сожги. Молю тебя…

Антуан стал на колени, склонил голову и замолчал.

– Прощен, – хрипло сказал Алик, подошел к парню поднял его с колен и обнял. Глупый мальчишка прижался к нему, как к мамке, и, горько всхлипывая, заплакал. У Алика подкатил ком к горлу.

– Ладно, хватит, хватит уже, расплакался, как маленький, возьми себя в руки. Слушай меня внимательно. Воровать больше не будешь, ребенка усыновишь, как обещал, а деньги… отдавай сколько можешь, только не на храм, а детям больным. Медицина у вас, небось, платная?

– Плат-на-я, – шмыгая носом, ответил Антуан.

– Ну вот видишь. И не бойся ничего, я тебе помогу. И старик жив останется, не волнуйся.

– Господи, спасибо тебе, недостоин я милости твоей, но я отслужу, я изменюсь, я уже изменился, понял я все.

Спасибо, Господи. – Парень опять бухнулся на колени, нагнулся и стал целовать дизайнерские ботинки Алика из страусиной кожи.

Ботинки отличные, спору нет, но не до такой же степени. Это было уже слишком.

– Ты это, хорош, друг, хватит. И вообще, услуга за услугу. Встань, послушай, что скажу.

Антуан тут же вскочил и уставился на Алика.

– Давай договоримся, мы просто друзья. Не надо всего этого – Господи, Боже Всемилостивый и так далее. Называй меня просто… ну, к примеру, Алик.

Давай посидим, выпьем, поболтаем, расскажешь мне о том, как вы тут живете, а то я давненько к вам не заглядывал, отстал чуток от трендов последних. Дела были в соседней галактике.

– Хорошо, Господи, как скажешь.

– Какой, на хрен, Господи, мы о чем договорились?

– Хорошо… – Антуан запнулся и с трудом произнес: – Алик.

– Вот и отлично. Есть у вас приличные места в городишке, где посидеть можно спокойно, выпить, расслабиться?..

– Самое лучшее – это бар «Ванильные небеса».

Я там не был, там только богатенькие тусят. Да и попасть трудно. Фейс-контроль жесткий.

– Фейс-контроль, говоришь? – усмехнулся Алик. – Ну, я же все-таки бог, как-никак. Фейс-контроль, конечно, дело серьезное. Но сладим как нибудь…

Антуан не выдержал и засмеялся. Досмеивался он за лучшим столиком бара «Ванильные небеса», на сто сороковом этаже самого высокого в городе небоскреба. Обычно подобные пафосно гламурные места не признают полутонов.