Приключения вертихвостки

Но Сашок оба раза скандалы замял – сын все же! Не бросать же родное дитя на съедение всяким там прокурорско-ментовским волкам. После скандалов сынок, видимо, поумнел, и больше неприятностей ни с ним, ни с его бизнесом не было.

Сашок привык к такому положению вещей с его «родственничками», успокоился и вернулся к прежнему – холостому – образу жизни. Днем – госслужба, вечером – веселые кампании. Но он, как человек разумный и осторожный, четко отделял первое от второго. И ни разу не попался.

Сашок вообще по жизни был человеком веселым и добродушным.

Так они теперь и жили, каждый сам по себе. И никто ничего не хотел менять. Жена и сын – по понятным только одним им причинам. А Сашок – по инерции. Он как-то пристроился уже к этой хромоногой семейной жизни, притерпелся и «зажигал» в свое удовольствие с певичками и модельками. Благо, здоровье позволяло. Так продолжалось до тех пор, пока он не встретил меня.

– И знаешь, Зиночка, я тебе скажу, что Сашка тогда словно подменили. У него только и разговоров было, что Зиночка то, да Зиночка сё. Влюбился он в тебя, как пацан. – Здесь Дэвик сделал невозможную для него вещь, он взял из моей руки сигарету и жадно затянулся. Я обомлела. Он же принципиально не курил! И сам прочел мне занимательнейшую лекцию о вреде курения еще вчерашним поздним вечером, после того, как я попросила у него сигарету.

Что такого особенного или волнующего было в рассказе Дэвика, я так и не поняла. Ну, жена – стерва, ну, сын – сволочь. Ну, в конце концов, влюбился мужик в юную девушку, в меня, то есть. И что? Да таких историй вокруг пруд-пруди!

Я высказала свои соображения Дэвику, но он лежал рядом и загадочно улыбался. Когда мой монолог иссяк, он приподнялся на локте и заглянул мне в глаза.

– Понимаешь, девочка. Вся твоя прелесть заключается именно в том, что ты даже не догадываешься, в чем она заключается.

Во, загнул!

Я сделала вид, что ничего не поняла. Мужики обожают, когда мы, женщины, чего-то не понимаем. И тогда у них есть возможность долго и пространно объяснять нам, глупеньким, что-нибудь совершенно пустяковое. А мы можем часами слушать их и согласно кивать головой, думая при этом, например, о том, что завтра совершенно необходимо сделать маникюр – вон, лак на правом мизинце уже совершенно облупился.