Слияние

Конечно, до поры, до времени можно было бы прожить и с прыщами, зная, что это издержки подросткового возраста, но он в очередной раз влюбился и, видя, как любимая девочка из параллельного класса с отвращением смотрит на его усыпанное гнойниками лицо, он страдал, не спал ночами и сердце его обливалось кровью, переливание которой и рекомендовалось делать.

– Да, что ты, Эмин, походишь, примешь несколько сеансов и будет у тебя лицо чистенькое, как…

– Как что? – спросил он, не дождавшись продолжения.

– Как зеркало! Все девчонки влюбляться будут в тебя.

Это ему понравилось, тем не менее, он сказал:

– Мне не нужны все, мне одна нужна.

Сказал это Эмин не очень уверенно, потому что кроме Наргиз, девочки сверстницы, ему, может даже больше, нравилась их учительница, красавица математичка Нина Семеновна, в которую были влюблены почти все мальчики их школы; она ему снилась по ночам, по ней он тосковал, её видел перед собой, занимаясь мастурбацией в туалете; и все существо его будто раздваивалось, не зная, что окончательно выбрать – безответную любовь к девочке Наргиз, или вовсе нереальную, фантастическую, которая никогда не пошла бы дальше бесплодных мечтаний, любовь к Нине Семеновне.

– Одна, одна… – повторил он задумчиво.

– Вот одна и влюбится, – покладисто согласился приятель. – Пойдем, а то мне тоже скучно сидеть там по пол часа одному…

Она была в белом халате, видно, рассчитывала произвести этим впечатление на молодежь, и как рассчитывала так и производила. Настоящая врач-косметолог, строгий взгляд сквозь очки со слабой диоптрией, строгая прическа, чистые руки, белоснежный халат.

Там уже сидел один на стуле, парнишка лет семнадцати с измазанным дурно попахивающей смесью лицом. Эмин при виде маски на лице незнакомого мальчика, чуть скривился. Она заметила его реакцию.

– Не нравится? – спросила она, мягко улыбаясь.

Он пожал плечами.

– Еще не знаю.

– Я тоже пока не знаю, буду с тобой заниматься, или нет, надо пока обследовать твою кожу, садись.

А тебе, – обратилась она к приятелю Эмина, уже на правах старожила усевшемуся на стул в ожидание процедуры, – я же вчера сказала: через день. Кожа должна отдохнуть… Так что – до свидания, придешь завтра, в это же время.

Мальчик ушел.

– Надеюсь, ты будешь более понятливый, чем твой друг, – сказала она Эмину, рассматривая прыщи на его лице через большую лупу.

– Мне тоже через день надо будет?

Она не отвечала, продолжая разглядывать его гнойники.