Площадь Соловецких Юнг

Так что крепкие подмосковные мужички выработали определенный режим, график – день похмелья, два дня надежной трезвости, и на четвертый, на работе, сам бог велел…

Слава не отставал от коллектива, и только природное здоровье помогало ему поддерживать к пересменке вертикальное положение.

Он пил не как все, а хлеще. Он пил на работе, он пил после работы, он пил перед работой. Он каждый день тянул горький желтый пенистый напиток, помня, каким дефицитом тот был в советские времена – хотя что тогда дефицитом не было? Соль?

А когда пиво не помогало избавиться от тоски, приходилось брать чекушку – сорокаградусный раствор этанола бил по мозгам не хуже деревянной кувалды, и тоска, конечно же, куда-то испарялась, чтобы с похмелья навалиться с утроенной силой.

Слава хорошо помнил свое пьяное прошлое. И не хотел его возвращения. Поэтому он опять пристально посмотрел в слезящиеся глаза напарника, который скис и потух, и даже стал казаться ниже ростом и приглушенных басом подтвердил.

– Можешь считать, что я болен, может считать, что я зашит – если это тебе доставит удовольствие и успокоит твою душу.

– Уяснил, уяснил – пробормотал Кондрат, отворачиваясь от странного парня. Смена была потеряна, он к этой мысли постарался привыкнуть.

– А вот ты можешь выпить. – спокойно, без нажима продолжил Слава.

– Как? – поднял торчащие какими-то проволочками брови Кондрат – Я что, один буду?

– Ну почему один. Со мной.

Кондрат косился на него, гадая, где тут подвох, но Слава улыбнулся так откровенно, что кадык страдающего дяди дернулся слышим звуком.

– ТО есть ты хочешь сказать, что ты пить не будешь, а посидеть со мной посидишь? Так что ли?

– Посижу… а ты что, брезгуешь сидеть с трезвым человеком?

Кондрат смотрел на него, и видно было, как борется в нем алкоголик и трезвенник. Но уже через минуту стало ясно, кто сильнее.

– Да нет, отчего же брезгую… хороший человек он и трезвый хороший, такое тоже бывает… только вот денег у меня не очень, я, честно говоря, рассчитывал на…

Тут он потер воздух желтыми от никотина пальцами…

Слава усмехнулся и без разговоров выдал ему искомую сумму. Работа началась… да здравствует работа!!

Кондрат испарился – Слава, выйдя на крыльцо интерната, увидел его за забором, а рядом – машущую рукой вдаль потрепанную личность.